Злорадство: почему мы радуемся чужому несчастью и нормально ли это

Коллега, который месяцами вас подкалывал, провалил важную презентацию перед руководством. Вы сочувственно качаете головой, а где-то глубоко в груди разливается тёплая, почти приятная волна. Сосед, чья новая машина раздражала вас безупречным блеском, почему-то застрял в грязи под дождём. Вам немного стыдно, но уголки губ сами ползут вверх. Знакомое чувство.

Почти каждый ловил себя на этой тихой радости, когда другому не повезло, и тут же корил себя за неё. Кажется, будто это доказательство собственной испорченности, скрытой злости, которую лучше никому не показывать. На самом деле всё гораздо сложнее и человечнее. У этой реакции есть название, давние корни и вполне понятные психологические причины.

Разберём спокойно и по существу: что такое злорадство на самом деле, чем оно отличается от обычной радости и от зависти, откуда берётся, почему мы почти все его переживаем, нормально ли это, где проходит граница, за которой оно становится проблемой, как связано с самооценкой и нарциссизмом и, самое главное, как обходиться с ним зрело, не изображая праведника и не подкармливая в себе мелкую злость.

Что такое злорадство простыми словами

Злорадство это чувство удовольствия, радости или даже торжества от неудачи, провала либо страдания другого человека. Вы сами не причиняли этого вреда, но чужой проигрыш почему-то приносит вам приятное ощущение. В немецком языке для него есть точное слово Schadenfreude, составленное из Schaden (вред) и Freude (радость), и именно оно прижилось в научной психологии как международный термин.

Русское или английское одно слово эту эмоцию передают не так метко, поэтому Schadenfreude позаимствовали психологи по всему миру. По определению Американской психологической ассоциации, речь идёт об удовольствии, которое человек получает от несчастья, боли или унижения кого-то другого. Важно, что это именно эмоциональная реакция, а не поступок: вы ничего не делаете, лишь чувствуете невольную вспышку радости.

Чаще всего такая радость направлена не на случайного человека, а на того, кто, как нам кажется, её заслужил, или на того, кому мы тихо завидуем. Предатель, угодивший в собственную ловушку, высокомерный богач, который вдруг разорился, соперник, споткнувшийся на финише. Сила реакции зависит от того, кем для вас является этот человек и насколько справедливым кажется его поражение.

Чем злорадство отличается от обычной радости

На первый взгляд это тоже радость, но устроена она совсем иначе, чем обычная. Простая радость рождается из хорошего: вы радуетесь собственному успеху, тёплой встрече, доброй вести, чужому счастью. Её источник в том, что стало лучше, и она не требует, чтобы кому-то стало хуже.

Злорадство же питается чужой бедой. Его топливом служит потеря другого, а не собственное приобретение: чтобы оно вспыхнуло, кому-то должно не повезти. Поэтому эта эмоция почти всегда идёт в комплекте с лёгким привкусом стыда. Мы чувствуем, что радоваться чужому страданию некрасиво, поэтому прячем реакцию, изображаем сочувствие, а радость переживаем украдкой. Обычной радости прятаться незачем.

Есть и ещё одно тонкое различие. Радостью с доброго повода обычно хочется открыто делиться. Тихое же злорадство мы почти всегда скрываем, переживаем интимно, ведь признаться в нём стыдно. Именно эта скрытность и делает его таким неудобным для разговора: переживаем его куда чаще, чем готовы признать вслух, и оттого чувствуем себя одинокими в своей мнимой испорченности.

Злорадство и зависть: близкие, но разные

Злорадство часто путают с завистью, и неспроста: они ходят рядом, питают друг друга. Но перед нами две разные эмоции с разным направлением, разным временем действия. Различать их полезно, потому что именно зависть нередко оказывается тем корнем, из которого вырастает тихая радость, когда другой проигрывает.

Зависть это болезненное чувство, возникающее, когда у другого есть нечто желанное для вас: успех, деньги, внешность, отношения, признание. Она направлена на чужое преимущество, переживается как неприятное, грызущее состояние. Злорадство же включается позже, в момент, когда тот, кому вы завидовали, вдруг теряет своё преимущество или терпит неудачу. Зависть приносит боль от чужого приобретения, злорадство дарит радость от чужой потери.

По сути одно часто перетекает в другое. Сначала нас грызёт то, что сосед живёт лучше, а когда у него что-то рушится, грызущее чувство на миг отпускает и оборачивается облегчением, почти радостью. Исследования подтверждают эту связь: чем сильнее мы кому-то завидуем, тем ярче вспыхивает радость от его падения. Понять собственное злорадство часто значит честно увидеть зависть, которая прячется под ним.

Почему мы это чувствуем: психологические причины

Злорадство не случайный сбой, а закономерная реакция психики с несколькими вполне понятными корнями. Чаще всего за ним стоит сразу несколько причин в сплетении. Рассмотрим главные движущие силы, которые раз за разом подтверждают исследователи.

Первая, самая мощная сила, зависть и социальное сравнение. Мы постоянно, по большей части неосознанно, сверяем себя с другими, и чужой успех легко ощущается как собственное поражение. Когда тот, кто был выше, спускается на ступеньку, дистанция сокращается, нам становится легче. Падение другого мы переживаем почти как собственное возвышение, хотя реально в нашей жизни ничего не поменялось.

Вторая сила, защита самооценки. Чужой успех способен больно бить по нашему ощущению собственной ценности, особенно когда он в той же сфере, где мы хотим быть первыми. Неудача соперника снимает эту угрозу, возвращает ощущение, что с нами всё в порядке. Поэтому люди с неустойчивой, уязвимой самооценкой склонны к злорадству сильнее: для них чужой проигрыш становится дешёвым лекарством от собственной неуверенности. Именно поэтому работа с самооценкой в индивидуальной психотерапии со временем ослабляет и потребность радоваться чужим поражениям.

Третья сила, чувство справедливости. Большая часть злорадства на деле держится на убеждении, что человек получил по заслугам. Когда надменный обидчик вдруг сам оказывается наказанным, мы переживаем скорее удовлетворение от восстановленного равновесия, чем злость: мир будто исправил несправедливость. Такая радость ощущается почти праведной, ведь её легко себе оправдать.

Четвёртая сила, деление на своих и чужих. Мы гораздо охотнее радуемся неудачам тех, кого считаем чужими: соперников, конкурентов, представителей враждебной группы. Неудача чужого укрепляет ощущение превосходства нашей общности, а потому почти не вызывает стыда. Этот механизм ярко виден в спорте, политике, любом соперничестве между группами.

Злорадство, мозг и групповая идентичность

То, что злорадство не просто дурная привычка, а встроенная реакция, подтверждают исследования мозга. Социальный нейропсихолог Mina Cikara с коллегами показала, что радость от неудачи соперника имеет вполне телесный след. Наблюдая провал «чужого», люди не только сообщали об удовольствии, но и демонстрировали активность в зонах, связанных с вознаграждением и удовольствием.

Особенно ярко это работает в условиях острого группового соперничества. В исследованиях болельщиков враждебных спортивных команд провал соперника вызывал у людей всплеск удовольствия, а порой и готовность навредить противоположной стороне. Чем сильнее привязанность к своей группе и чем острее соперничество, тем интенсивнее тешит нас чужое падение. Наша психика буквально вознаграждает нас за поражение тех, кого мы воспринимаем как угрозу общности.

Отсюда следует важный вывод: злорадство во многом социальная эмоция. Оно укрепляет ощущение принадлежности к своей группе и превосходства над чужой, а потому исторически могло помогать сообществам держаться вместе против соперников. Понимать это полезно не для того, чтобы оправдать каждую вспышку радости, а чтобы перестать видеть в себе уникального злодея: вы реагируете так, как настроена человеческая психика вообще.

Нормально ли это: короткий ответ да

Самый короткий и честный ответ: да, чувствовать злорадство нормально. Это распространённая человеческая эмоция, которую в той или иной форме переживает подавляющее большинство людей, независимо от воспитания и доброты. Исследователи фиксируют её проявления даже у маленьких детей, что говорит о глубоких, врождённых корнях, а не о приобретённой испорченности.

У злорадства есть вероятная эволюционно-социальная подоплёка. В сообществах, где выживание зависело от статуса и конкуренции, радость от падения соперника и чувствительность к справедливости помогали ориентироваться в иерархии, поддерживать равновесие сил, наказывать тех, кто нарушает правила группы. То, что сегодня кажется мелкой злостью, когда-то было частью социального чутья, удерживавшего общность вместе.

Важно разделять чувство и поведение. Сама вспышка радости, когда кому-то не повезло, не делает вас плохим человеком и не требует наказания совестью. Это автоматическая реакция, на которую вы часто даже не влияете. Этическое значение имеет лишь то, что вы делаете дальше: злорадствуете ли вслух, подталкиваете ли чужую беду или, наоборот, замечаете свою реакцию и выбираете вести себя по-человечески. Чувство невинно, выбор остаётся за вами.

Когда злорадство становится проблемой

Хотя сама по себе эмоция нормальна, есть граница, за которой она перестаёт быть безобидной. Ориентир прост: проблема не в том, что вы иногда радуетесь, когда другому не повезло, а в том, насколько часто, насколько сильно и что вы с этим делаете. Несколько признаков подскажут, что стоит присмотреться к себе внимательнее.

Тревожный сигнал, хроничность. Когда тихая радость с чужих бед становится привычным фоном, главным источником хорошего настроения, человек невольно начинает выискивать провалы окружающих вместо того, чтобы строить собственную жизнь. Такая сосредоточенность на падениях других высасывает силы, отравляет отношения и, по сути, заменяет настоящую радость суррогатом.

Вторая граница, жестокость и действие. Одно дело невольная вспышка радости, другое сознательное унижение, травля, активное содействие чужой беде. Когда злорадство перерастает в буллинг, в желание делать больно и наслаждаться этим, речь идёт уже о вредном, разрушительном поведении, а не об обычной эмоции. Особенно тревожный знак, радость от страданий близких: партнёра, друзей, детей. Радоваться неудачам тех, кого мы вроде бы любим, означает, что в отношениях накопилось немало непрожитой обиды и соперничества, с которыми стоит разобраться.

Третий ориентир, собственное внутреннее состояние. Если тихая радость с чужого несчастья всё чаще заслоняет способность радоваться хорошему, если вы ловите себя на постоянной зависти, горечи, потребности видеть других ниже себя, стоит остановиться. Здесь злорадство становится уже не случайной эмоцией, а симптомом более глубокой боли, с которой хорошо работать вместе со специалистом.

Злорадство, самооценка и нарциссизм

Сила и частота злорадства многое говорят о состоянии самооценки. Чем менее устойчиво ощущение собственной ценности, тем больше человек нуждается во внешних подтверждениях своего превосходства, и чужой проигрыш становится одним из таких подтверждений. Для хрупкой самооценки неудача другого работает как быстрое обезболивающее: на миг становится легче, но сама уязвимость никуда не девается.

Особенно заметна эта связь при нарциссических чертах. Человек с выраженным нарциссизмом болезненно зависит от ощущения собственной исключительности, поэтому чужой успех переживает как прямую угрозу, а чужое падение как сладкое торжество. За внешней грандиозностью здесь часто прячется глубокая неуверенность, и злорадство становится способом скрыть её от самого себя. Чем громче радость с чужих бед, тем чаще за ней стоит именно внутренняя шаткость.

Отсюда следует обнадёживающее: работая над самооценкой, человек естественно становится менее зависимым от чужих поражений. Когда ощущение собственной ценности опирается на внутреннюю опору, а не на постоянное сравнение, чужой успех перестаёт ранить, а чужое падение перестаёт радовать. Злорадство слабеет не потому, что вы себя пересилили, а потому, что оно стало ненужным: вам больше нечего себе доказывать чужим проигрышем.

Как обходиться со злорадством зрело

Цель не в том, чтобы навсегда искоренить в себе эту эмоцию, ведь это невозможно и не нужно. Цель в том, чтобы замечать её, понимать и не позволять ей управлять вашим поведением или отравлять отношения. Вот несколько шагов, которые реально помогают.

Первый шаг, осознавание без осуждения. Поймав себя на радости от чужой неудачи, не бросайтесь себя корить. Просто назовите эмоцию: «сейчас я злорадствую». Само признание снимает половину напряжения, ведь вы перестаёте тратить силы на борьбу с собой и получаете возможность увидеть, что на самом деле прячется за реакцией. Стыд, самообвинение здесь лишь загоняют чувство глубже.

Второй шаг, честный взгляд на зависть под спудом. Почти всегда за такой радостью стоит скрытая зависть. Спросите себя: чего именно я хочу из того, что есть у этого человека? Часто ответ подскажет не повод для стыда, а ваше настоящее нереализованное желание. Тогда энергию, которая уходила на слежку за чужими падениями, можно развернуть на собственные цели, и это куда полезнее.

Третий шаг, намеренная эмпатия. Попробуйте на миг представить себя на месте того, кому не повезло, почувствовать, каково ему сейчас. Способность сопереживать, часть эмоционального интеллекта, естественно гасит злорадство: трудно радоваться боли человека, которого вы по-настоящему увидели живым, уязвимым, похожим на себя. Эмпатия сама собой не включается, но её можно тренировать сознательным усилием.

Четвёртый шаг, работа с самооценкой. Поскольку злорадство прочно держится на потребности чувствовать себя лучше, самый глубокий способ его ослабить, укрепить собственную внутреннюю опору. Когда вы опираетесь на свои ценности, а не на сравнение, чужие поражения просто перестают вас интересовать. Работа эта более долгая, но именно она даёт прочный результат там, где самоконтроль бессилен.

Когда стоит обратиться к психологу

С лёгкими, бытовыми проявлениями злорадства вполне можно справиться самостоятельно, опираясь на описанные выше шаги. Но есть граница, за которой поддержка специалиста становится разумным и уместным выбором, и важно её не пропустить.

Обратиться к психологу или психотерапевту стоит, если радость с чужих бед стала навязчивой, заслоняет способность радоваться собственной жизни, а постоянная зависть и горечь отравляют настроение и отношения. Если вы замечаете, что радуетесь неудачам близких, что соперничество и желание видеть других ниже себя управляют вашими отношениями, или если за всем этим стоят стойко сниженная самооценка, тревога, подавленность, тогда одной лишь силы воли здесь не хватит.

Специалист помогает глубже, чем просто «быть добрее»: добраться до корня, понять, откуда взялась эта острая потребность в чужих поражениях, как она связана с вашей самооценкой и историей, и постепенно вернуть себе способность радоваться хорошему, не сверяясь постоянно с другими. Обратиться за такой помощью значит сделать зрелый выбор в пользу себя, и слабости в этом нет никакой.

Итог

Злорадство — не доказательство вашей испорченности, а встроенная, почти всеобщая реакция психики, за которой чаще всего стоят зависть, потребность защитить самооценку и чувство справедливости. Плоха не сама эмоция, а то, что вы с ней делаете: замеченная и честно названная вспышка радости теряет власть над вашим поведением. Самый надёжный способ ослабить злорадство — не борьба с собой, а более крепкая внутренняя опора: когда ваша ценность опирается на собственные ориентиры, а не на сравнение, чужие поражения просто перестают вас задевать. А если радость от чужих бед стала навязчивой и отравляет ваши отношения, это веский повод обратиться за поддержкой.

Источники

• Takahashi H. и др. When your gain is my pain and your pain is my gain: neural correlates of envy and schadenfreude. Science, 2009. Нейровизуализация: зависть и злорадство задействуют разные мозговые контуры — чем сильнее зависть к человеку, тем активнее зона вознаграждения (вентральный стриатум) в ответ на его неудачу.
• Cikara M., Fiske S.T. Their pain, our pleasure: stereotype content and schadenfreude. Annals of the New York Academy of Sciences, 2013. К кому возникает злорадство в зависимости от содержания стереотипов (завистливые, высокостатусные группы) и как оно отражается в активации системы вознаграждения.
• Cikara M., Botvinick M.M., Fiske S.T. Us versus them: social identity shapes neural responses to intergroup competition and harm. Psychological Science, 2011. Групповая идентичность: фМРТ спортивных болельщиков — провал команды-соперника активирует зону вознаграждения и повышает готовность навредить её фанатам.
• van Dijk W.W. и др. Self-esteem, self-affirmation, and schadenfreude. Emotion, 2011. Связь с самооценкой: люди со сниженной или уязвлённой самооценкой злорадствуют сильнее, а самоутверждение эту реакцию ослабляет.
• Shamay-Tsoory S.G. и др. There is no joy like malicious joy: schadenfreude in young children. PLoS ONE, 2014. Реакции по типу злорадства проявляются уже в раннем детстве.
• Schindler R. и др. Causes and consequences of schadenfreude and sympathy: a developmental analysis. PLoS ONE, 2015. Причины и последствия злорадства и сочувствия и то, как эти реакции меняются с возрастом ребёнка.
• Smith R.H. The Joy of Pain: Schadenfreude and the Dark Side of Human Nature. Oxford University Press, 2013. Обстоятельная книга о природе злорадства; показывает, что это распространённая, нормальная человеческая эмоция.
• van Dijk W.W., Ouwerkerk J.W. (ред.) Schadenfreude: Understanding Pleasure at the Misfortune of Others. Cambridge University Press, 2014. Академический сборник, обобщающий исследования злорадства — зависть, чувство справедливости, самооценка и групповые факторы.