Представление (образ) в психологии: виды и отличие от воображения

Слово «представление» в русском языке перегружено: так называют и спектакль, и процедуру знакомства, и общее мнение общества о чём-либо. В общей психологии у него узкое значение. Представление (образ) в психологии — это внутренний образ предмета, звука или движения, который возникает без самого предмета перед глазами. Вспомните голос человека, с которым вы разговаривали вчера: его нет в комнате, а звучание вы почему-то различаете. Вокруг вопроса о том, из чего сделан такой образ, выросла одна из самых долгих дискуссий в когнитивной науке, и закончилась она совсем не так, как рассчитывали её участники.

Что такое представление в психологии

Словарь Американской психологической ассоциации толкует ментальную репрезентацию как гипотетическую сущность, которая замещает восприятие, мысль или воспоминание во время когнитивных операций: считая в уме или мысленно разглядывая обратную сторону предмета, человек оперирует именно такими заместителями. Показательно, что словарь тут же оговаривается — единого мнения о том, чем эти репрезентации являются на самом деле, до сих пор нет. Термин описывает роль, а не природу.

Второе, более узкое значение касается чувственной стороны. Образное представление — это любой внутренний чувствоподобный опыт предметов, эмоций и событий при физическом отсутствии соответствующих стимулов. Существенно тут не слово «зрительный», а слово «чувствоподобный»: представления бывают зрительными, слуховыми, тактильными, обонятельными, вкусовыми, кинестетическими и даже эмоциональными. Навязшая в ушах мелодия, внезапно «вспомнившийся» носом запах больничного коридора, ощущение ступеньки под ногой — всё это представления наравне с картинкой.

Представление, восприятие и воображение: где границы

Первая граница проходит по присутствию объекта. Восприятие работает, пока раздражитель действует на органы чувств, и поток информации идёт снизу вверх — от рецептора к коре. Представление строится в обратную сторону: сигнала извне нет, образ достраивает сам мозг из того, чем уже располагает.

Вторая граница тоньше, и её путают постоянно. Стэнфордская энциклопедия философии формулирует различие жёстко: воображение — это, как правило, произвольный акт, а ментальный образ таковым не является. Флешбэк к неприятной сцене или прицепившаяся мелодия — тоже представления, но никак не воображение: их никто не вызывал. По критерию воли представление оказывается шире — оно охватывает и то, что мы строим намеренно, и то, что появляется само.

Представления памяти и представления воображения

По происхождению представления традиционно делят надвое. Одни воспроизводят то, что человек уже воспринимал, — лицо, дорогу, вкус; другие собирают новую комбинацию из фрагментов, которые вместе никогда не встречались. Первые называют представлениями памяти, вторые — представлениями воображения, и граница между ними условнее, чем кажется: даже самое точное воспоминание каждый раз пересобирается заново.

Философия памяти пользуется этим различением для своей задачи. Образ считают необходимым признаком эпизодической памяти — той, что восстанавливает прожитый эпизод, — и необязательным для семантической, хранящей факты. Довод опирается на данные: утрата способности строить образы сужает именно эпизодические воспоминания, а при вспоминании снова включаются те участки коры, которые обрабатывали событие первично.

Между единичным образом и понятием

В классической общей психологии представление помещают в середину ряда: ощущение, восприятие, представление, понятие. Логика лестничная — образ постепенно теряет случайные подробности, обобщается и будто бы дозревает до понятия. То, как прошлый опыт вмешивается в эту работу ещё на входе, описывает отдельный термин — апперцепция.

Современные данные о категориях эту схему скорее усложняют. Большинство понятий вообще не поддаётся строгому определению через набор необходимых признаков: они организованы вокруг прототипов — самых типичных представителей категории — и хранят след конкретных встреч с ней. Обобщённое представление и понятие не сменяют друг друга по очереди, а работают рядом: думая о «птице», человек одновременно держит и правило, и образ воробья.

Спор о природе внутреннего образа

Формат репрезентации — не то же самое, что её содержание. Картинка и предложение могут сообщать об одном и том же красном яблоке на зелёном столе, но делают это по-разному. Отсюда и главный вопрос так называемых дебатов об образах, вспыхнувших в 1980-е: внутренний образ репрезентирует так, как картинка, или так, как предложение? С одной стороны выступил Стивен Косслин с изобразительной трактовкой, с другой — Зенон Пилишин с пропозициональной.

Довод Пилишина был жёстким: пространственность образа что-то объясняет только при буквальном понимании — как утверждение о физическом устройстве образа в мозге. А буквальная версия, по его разбору, не выдерживает, потому что явления, которые приводят в её пользу, когнитивно проницаемы: они меняются вместе с тем, что человек знает и чего ожидает.

Современный обзор Джоэла Пирсона с соавторами склоняет чашу весов к образной трактовке, но не в той форме, на которую рассчитывали три десятилетия назад. Зрительный образ ведёт себя как слабая форма восприятия: нейронные репрезентации представленного и увиденного похожи уже на уровне первичной зрительной коры и кодируются общим набором низкоуровневых признаков. Отдельная ирония сюжета в том, что интуиции самих исследователей насчёт формата образа зависели от яркости их собственных представлений.

Мысленное вращение: образ, измеренный секундомером

Самое изящное доказательство того, что внутренний образ не сводится к метафоре, появилось ещё в 1971 году. Роджер Шепард и Жаклин Метцлер показывали людям пары трёхмерных фигур и просили ответить, та же это фигура или зеркальная. Время ответа росло линейно с углом поворота между фигурами — так, словно участник и правда вращал объект в уме с постоянной угловой скоростью.

Ценность результата не только в самом факте. До 1970-х понятие внутреннего образа находилось под подозрением: бихевиоризм не видел, что с ним делать экспериментально, и десятилетиями обходил тему стороной. Мысленное вращение вернуло образ в лабораторию, дав ему то, чего не хватало, — секунды, которые можно измерить.

Насколько ярок внутренний экран

Представляют люди по-разному, и разброс оказался больше ожидаемого. Команда Адама Земана описала два полюса: афантазию, при которой произвольных зрительных образов нет вовсе, и гиперфантазию, при которой они почти не уступают видению. Опрос двух тысяч человек с афантазией и двухсот с гиперфантазией дал неожиданную картину: афантазия чаще встречается у представителей научных и математических профессий, гиперфантазия — у творческих.

Подробности не менее красноречивы. Люди с афантазией чаще сообщают о трудностях с узнаванием лиц и с автобиографическими воспоминаниями; примерно половина описывает отсутствие образов во всех модальностях в бодрствовании, но большинство при этом видит зрительные сны. Гиперфантазия, наоборот, чаще сопровождается синестезией, а сама афантазия заметно чаще встречается в семьях, чем позволил бы случай. Соблазн считать её расстройством обманчив: это скорее край нормального распределения, чем дефицит.

Когда образ приходит без спроса

Непроизвольные представления — не редкость и сами по себе не патология. Мелодия, крутящаяся часами, или внезапная картина сцены, о которой не хотелось вспоминать, случаются со всеми. Клинически значимыми они становятся тогда, когда повторяются, приносят страдание и начинают управлять поведением человека.

Обзор Пирсона с соавторами подчёркивает ключевую роль образов при многих психических расстройствах — от навязчивых сцен после травмирующего события до ярких картин катастрофы при тревоге — и одновременно то, что образ способен работать инструментом терапии. Если такие картины возвращаются регулярно и изматывают, с ними работают в терапии: это один из частых запросов к психологу при стрессе, а не повод ставить себе диагноз по единственному симптому.

Двигательные представления: тренировка без движения

Отдельный случай — двигательное представление: ощущение выполняемого действия от первого лица, когда ни одна мышца не сокращается. Строго говоря, это не то же самое, что зрительный образ действия со стороны, и в теории два понятия разводят, хотя граница между ними до сих пор обсуждается.

Метаанализ тринадцати исследований с участием 370 здоровых взрослых показал, что практика двигательных представлений умеренно повышает максимальную произвольную силу по сравнению с отсутствием упражнений — и при этом уступает реальной тренировке. Метарегрессия дала и параметры наибольшего эффекта: около четырёх недель, трижды в неделю, два-три подхода по двадцать пять повторений, примерно четверть часа на сессию. Практический вывод скромнее обещаний популярных текстов: образ движения — дополнение к тренировке и способ удержать форму, когда нагрузка недоступна, но не замена самому движению.

Социальные представления: другое понятие с тем же именем

В социальной психологии слово «представление» значит совсем другое. Социальные представления, понятие Сержа Московичи, — это коллективно выработанные системы значений, которыми сообщество объясняет себе мир: что такое здоровье, психотерапия или успех в конкретной культуре. Носитель здесь не одна голова, а группа; материал — не чувственный след, а разговоры, медиа и общие практики.

Путаница возникает почти автоматически, потому что слово одно, а понятия разные. Правило различения простое: речь об образе предмета у отдельного человека — это общая психология; речь об общем знании группы — социальная.

Что с этим делает психолог

Представим студентку, которая готовится к экзамену и жалуется, что «ничего не видит в голове», хотя однокурсники рисуют себе схемы. Для неё это доказательство плохой памяти. На деле яркость образов — индивидуальная характеристика: человек без внутренней картинки прекрасно рассуждает, держит факты и строит планы, ему просто стоит опираться на другие опоры — словесные, логические, двигательные.

Представим мужчину, который после дорожной аварии раз за разом видит перед глазами момент удара, хотя никто его об этом не спрашивает. Важна тут не яркость образа сама по себе, а то, что он непроизвольный, повторяющийся и не завершается. С такими образами не работают уговором «не думай об этом»: упражнения, в которых образ намеренно меняют, достраивают и доводят до конца, входят и в терапию, и в практики осознанности.

Третий случай — музыкант, ждущий от мысленно прокрученных повторов того же результата, что и от настоящих. Данные позволяют пообещать ему умеренный прирост и сохранение навыка, но не чудо. Знать пределы понятия здесь полезно ровно настолько же, насколько знать его возможности.

Мифы и факты о представлении

Что обычно думают о внутреннем образе и что показывают данные:

На самом деле	Распространённый миф
Представления бывают зрительными, слуховыми, обонятельными, двигательными и даже эмоциональными	Представление — это всегда картинка перед внутренним взором
Образ часто возникает непроизвольно: флешбэк или прицепившаяся мелодия	Представление и воображение — одно и то же
Люди различаются по яркости образов вплоть до полного их отсутствия	Все представляют примерно одинаково
Афантазия чаще сопутствует научным профессиям и не мешает мыслить	Отсутствие внутренних образов — это расстройство
Время мысленного поворота фигуры растёт вместе с углом	Внутренний образ — метафора, которую невозможно измерить
Представление движения умеренно повышает силу, но уступает реальной тренировке	Достаточно представлять упражнение, чтобы заменить тренировку

Источники

• APA Dictionary of Psychology: mental representation (репрезентация как гипотетическая сущность, замещающая восприятие, мысль или воспоминание; отсутствие консенсуса о её природе; смежные статьи «imagery» и «mental rotation»).
• Nanay B. Mental Imagery. Stanford Encyclopedia of Philosophy, 2026 (образ и воображение: произвольность как различающий критерий; формат репрезентации и дебаты об образах 1980-х; афантазия и гиперфантазия; образ и эпизодическая память; двигательное представление). Stanford Encyclopedia of Philosophy
• Pearson J., Naselaris T., Holmes E. A., Kosslyn S. M. Mental Imagery: Functional Mechanisms and Clinical Applications. Trends in Cognitive Sciences, 2015; 19(10):590–602. DOI: 10.1016/j.tics.2015.08.003 · PMID: 26412097 · Полный текст (образ как слабая форма восприятия; общие низкоуровневые признаки в первичной зрительной коре; роль образов при психических расстройствах и в терапии).
• Murphy G. Categories and Concepts. Noba Textbook Series: Psychology, DEF Publishers (большинство понятий не поддаётся строгому определению; прототипы и конкретные примеры в структуре категории). Noba Project
• Shepard R. N., Metzler J. Mental rotation of three-dimensional objects. Science, 1971; 171(3972):701–703. DOI: 10.1126/science.171.3972.701 · PMID: 5540314 (линейная зависимость времени ответа от угла поворота фигуры).
• Pylyshyn Z. W. Mental imagery: in search of a theory. Behavioral and Brain Sciences, 2002; 25(2):157–182. DOI: 10.1017/s0140525x02000043 · PMID: 12744144 (пропозициональная позиция в дебатах об образах; когнитивная проницаемость явлений, приводимых в пользу изобразительной трактовки).
• Zeman A., Milton F., Della Sala S. и др. Phantasia — the psychological significance of lifelong visual imagery vividness extremes. Cortex, 2020; 130:426–440. DOI: 10.1016/j.cortex.2020.04.003 · PMID: 32446532 (2000 участников с афантазией и 200 с гиперфантазией; профессиональное распределение, лица и автобиографическая память, сновидения, семейная агрегация).
• Paravlic A. H., Slimani M., Tod D. и др. Effects and Dose-Response Relationships of Motor Imagery Practice on Strength Development in Healthy Adult Populations. Sports Medicine, 2018; 48(5):1165–1187. DOI: 10.1007/s40279-018-0874-8 · PMID: 29541965 (13 исследований, 370 участников; умеренный прирост максимальной произвольной силы, меньший, чем от реальной тренировки; параметры дозирования).
• Moscovici S. Notes towards a description of Social Representations. European Journal of Social Psychology, 1988; 18(3):211–250. DOI: 10.1002/ejsp.2420180303 (социальные представления как коллективно выработанные системы значений — предмет социальной, а не общей психологии).