Подсознание: история термина, когнитивное бессознательное и мифы

Мало какое психологическое слово продаётся так хорошо, как «подсознание». Ему обещают силу, его предлагают перепрограммировать за три недели, с ним советуют договариваться при помощи аффирмаций. А в профессиональный словарь заглядывают немногие — между тем рядом с этой статьёй там стоит редкая для справочника оговорка: понятие неточное, и специалисты его, как правило, избегают. Ситуация выходит любопытная. Явления, которые прячутся за этим словом, абсолютно реальны и измеряются в лабораториях каждый день, а само слово науке скорее мешает. Ниже — откуда оно взялось, чем его заменили когнитивные психологи и где заканчивается измеренный эффект и начинается реклама.

Что такое подсознание

Словарь Американской психологической ассоциации трактует подсознание как обиходное понятие, которым обозначают либо фрейдовское бессознательное, либо предсознательное, либо общую идею подпорогового восприятия; в массовом сознании оно давно срослось с самовнушением и гипнозом. И тут же объясняет, почему термин не прижился в науке: он слишком неточен.

Неточность — не то же самое, что выдумка. Скрытая работа психики существует, спорить тут не о чем. Беда в другом: одно бытовое слово склеивает по меньшей мере три разных явления.

• Динамическое бессознательное психоанализа — то, что вытеснено из осознания, чтобы не переживать тревогу, стыд или вину.
• Предсознательное — содержание, которого сейчас нет в поле внимания, но которое легко позвать: лицо коллеги, привычная речевая формула, вчерашний разговор.
• Обыденная автоматическая обработка, у которой доступа к отчёту не было и не будет: сенсомоторный контроль, доведённые до автоматизма навыки, работа восприятия.

Механизмы здесь разные, доказательства собираются разными методами, да и выводы для практики получаются несовпадающими. Поэтому в научном тексте пишут аккуратнее — бессознательное, предсознательное, неосознаваемые процессы — вместо одного слова на все случаи.

Есть и чисто языковая причина осторожности. Существительное «подсознание» звучит как имя места или существа: нечто лежит под сознанием, имеет собственные намерения, и с ним будто бы можно вести переговоры. Научные термины описывают не жильца, а процесс — обработку информации, о которой человек не в состоянии дать отчёт. Разница кажется мелкой ровно до того момента, пока на ней не построят курс о союзе с внутренним «я».

Откуда взялось само слово

Идея скрытой психической работы старше любого из знакомых нам терминов, а вот слова для неё долго не находилось: немецкое «Unbewusstsein» закрепилось в философии лишь в XVIII веке. До того европейская мысль два столетия жила под давлением картезианского дуализма, по которому всё психическое по определению осознаваемо; историки психологии называют этот эпизод картезианской катастрофой. Вильгельм Вундт, основатель первой психологической лаборатории, формулировал предельно ясно: ум подаёт нам важнейшие основания для мыслей без малейшего нашего ведома, а осознаются только готовые результаты этой работы.

Собственно термин «подсознательное» (фр. subconscient) ввёл Пьер Жане. Ему требовалось рабочее название для отколовшегося пласта опыта: французский клиницист объяснял истерические симптомы не вытеснением, а распадом психического синтеза, при котором часть переживаний начинает действовать отдельно от главного «Я». Ни о какой всесильной внутренней инстанции речи не шло.

Самую известную карту скрытого нарисовал Зигмунд Фрейд, разделивший психику на сознательное, предсознательное и бессознательное. Здесь нужна оговорка, которая редко звучит в пересказах: ключевым понятием у Фрейда было именно бессознательное (das Unbewusste), а «подсознанию» отдельного места в его системе не досталось. Подробнее эта трёхуровневая модель разобрана в статье про уровни сознания; нам сейчас важно другое — ни один из двух авторов термина не вкладывал в него того смысла, который вкладывает современный тренинг.

Когнитивное бессознательное: возвращение темы в лабораторию

Вторую жизнь теме дала когнитивная психология. В 1987 году Джон Килстром напечатал в Science статью «Когнитивное бессознательное», и понятие закрепилось в словарях: неосознаваемые психические процессы, о которых человек в принципе не может отчитаться. Доказательная база у него будничная — автоматизация навыков, правила, усвоенные без формулировок, детали сенсомоторного управления, сохранные знания у людей после поражения мозга.

От психоаналитического бессознательного его отличает мотив. Динамическое бессознательное прячет своё содержание не случайно: оно вытеснено, чтобы человек не встречался с тревогой или стыдом. Когнитивное не прячет ничего — у него попросту нет канала для отчёта, как нет его у работы сетчатки или у системы удержания равновесия.

Занятная деталь: сам Килстром слово «подсознательное» не выбрасывал. В той же статье он предложил трёхчастное деление, где структуры знания могут быть предсознательными или подсознательными. Термин, стало быть, не под запретом — он требует определения, которого поп-психология ему не даёт никогда.

Что бессознательная обработка действительно умеет

Начнём с надёжно подтверждённого. Имплицитная память проявляет себя косвенно: человека ни о чём не просят вспоминать, он и не замечает, что память вообще участвует, — но недавно увиденное слово меняет то, как он достроит оборванный фрагмент. Такой след сохраняется даже там, где сознательное припоминание разрушено болезнью или травмой мозга; именно на этом контрасте наука и убедилась, что память не одна.

Второе явление — имплицитное научение. В классических опытах Артура Ребера участники отличали «правильные» буквенные последовательности от неправильных заметно лучше случайного угадывания, хотя сформулировать само правило они не могли. Ребер назвал это неявным знанием: система улавливает регулярность среды, не подавая её сознанию в виде формулы.

Третье — прайминг: недавний контакт со стимулом облегчает или, наоборот, тормозит последующую обработку того же или похожего стимула. Это базовый лабораторный эффект, который меряют миллисекундами реакции, а вовсе не поворотами судьбы.

Отдельная линия доказательств касается момента решения. Ещё в 1960-х электроэнцефалография показала, что подготовка простого движения стартует в мозге примерно за восемьсот миллисекунд до самого действия, а более поздние работы добавили: осознание намерения появляется всего за двести миллисекунд до движения. В 2008 году исследователи научились предсказывать выбор между двумя кнопками по активности мозга за десять секунд до нажатия. Споры вокруг этих данных не утихают, и главное возражение простое: инструкцию «нажмите, когда захотите» человек воспринимает вполне осознанно.

Прайминг и кризис воспроизводимости

Громкие заголовки про «управление поведением» выросли из одной работы 1996 года. Джон Барг с коллегами показал: участники, которым незаметно подсунули слова, связанные со старостью, выходили из лаборатории медленнее контрольной группы. Исследование стало эмблемой целого направления — если пара слов меняет походку, границы влияния кажутся безграничными.

Шестнадцать лет спустя бельгийская группа попробовала повторить эксперимент, и результат вышел поучительным. В первой попытке — с автоматическим замером времени и большей выборкой — эффекта не оказалось вовсе. Во второй экспериментаторам намеренно внушили противоположные ожидания, и замедление появилось только у тех, кто заранее верил, что участники пойдут медленнее. Эффект, стало быть, был, но производили его не слова, а человек с секундомером.

Означает ли это, что прайминга нет? Нет, не означает. Метаанализ 2016 года свёл 352 размера эффекта из 133 исследований и обнаружил небольшое, но устойчивое влияние случайно предъявленных слов на поведение, более выраженное там, где речь о личностно значимой цели. Важен порядок величины: это заметный в статистике сдвиг, а не рычаг управления.

Ещё резче высказались Бен Ньюэлл и Дэвид Шенкс в обзоре 2014 года. Разобрав три больших направления — многокритериальные суждения, «обдумывание без внимания» и решения в условиях неопределённости, — они заключили, что неосознаваемым влияниям приписали раздутую объяснительную силу: проверки осознанности были слишком слабыми, артефактные объяснения знаменитых результатов не рассматривались, а выводы, совпадавшие с интуицией, принимались без критики.

Где наука расходится с поп-психологией

Популярная версия держится на трёх утверждениях, и каждое ломается в своём месте. Первое превращает процесс в существо: подсознание якобы отдельный разум, притом более могущественный, чем сознательный. Второе обещает к этому разуму прямой канал — аффирмации, аудио во сне, «перепрограммирование». Третье назначает его ответственным за здоровье, деньги и жизненный сценарий.

Второе утверждение противоречит само себе особенно наглядно. Если процесс определён как недоступный для отчёта, то и продиктовать ему инструкцию прицельно нельзя: сознательной речи доступны только сознательные формулировки. Работает здесь не «канал в подсознание», а обычное научение — повторение, контекст, подкрепление и время. Потому привычка и складывается месяцами, а не за один вечер с наушниками; о подобных преувеличениях подробнее в материале про нейромифы.

Подсознание глазами практикующего психолога

Представим клиентку, которая приходит с формулировкой «подсознание не пускает меня к успеху». За этой фразой обычно нет мистики: есть повторяющийся сценарий избегания, есть телесная реакция на определённый тип ситуаций и есть убеждение, усвоенное так давно, что вслух оно уже не проговаривается. Задача не в том, чтобы договориться с внутренним существом, а в том, чтобы сделать автоматическое заметным, — этим и занимается психотерапевт онлайн, помогая назвать то, что до сих пор действовало без имени.

Представим другую историю: мужчина уверен, что «подсознательно притягивает» конфликтных партнёров. Вместо поисков скрытой программы полезнее разобрать, какие конкретные сигналы он читает как безопасные, какие тревожные реакции привык не замечать и на каком этапе знакомства перестаёт проверять собственные выводы. Всё это доступно наблюдению, а значит, и изменению.

Отсюда практический вывод. Метафора подсознания снимает с человека авторство: если всем распоряжается скрытый разум, то и отвечать вроде бы не за что. Более точный язык авторство возвращает — автоматизмы действительно есть, складывались они годами, и ровно поэтому их можно постепенно переучить.

Мифы и факты о подсознании

Что обещает популярная литература и что показывают данные:

На самом деле	Распространённый миф
Это собирательное бытовое слово для нескольких процессов	Подсознание — отдельный орган или отдельный разум
У неосознаваемых процессов нет канала для отчёта	С подсознанием можно договориться словами
Влияние подпороговых стимулов мелкое и зависит от контекста	Скрытая реклама заставляет купить что угодно
Автоматизмы меняются повторением и практикой	Установку можно перепрограммировать за 21 день
Эффект замедленной походки не повторился без ожиданий экспериментатора	Пара слов надёжно управляет поведением человека
Фрейд писал о бессознательном, а не о подсознании	Термин «подсознание» принадлежит психоанализу

Что из этого важно запомнить

Студенту стоит вынести отсюда две вещи. Первая: в работе лучше пользоваться точными терминами — бессознательное, предсознательное, имплицитная память, автоматическая обработка, — потому что за каждым тянется собственный способ проверки. Вторая: история прайминга наглядно показывает, как яркий результат живёт десятилетиями, пока кто-нибудь не возьмётся его повторить.

Именно поэтому полезно тренировать метапознание — привычку спрашивать себя, откуда взялось убеждение и что могло бы его опровергнуть. Она страхует и от наивной веры во всемогущее подсознание, и от обратной крайности, где неосознаваемого будто бы нет вовсе. Наука держится посередине: скрытая обработка реальна, измерима и куда скромнее, чем её рекламируют.

Источники

• APA Dictionary of Psychology: subconscious (подсознание как обиходный термин, которого психологи избегают из-за неточности; отдельные статьи «preconscious», «cognitive unconscious», «implicit memory», «priming»).
• Kihlstrom J. F. The cognitive unconscious. Science, 1987; 237(4821):1445–1452. DOI: 10.1126/science.3629249 · PMID: 3629249 (автоматизация навыков, подпороговое восприятие и имплицитная память как доказательства; трёхчастное деление с предсознательными и подсознательными структурами знания).
• Dijksterhuis A. The Unconscious. Noba Textbook Series: Psychology, DEF Publishers (появление немецкого термина «Unbewusstsein» в XVIII веке; картезианская катастрофа; цитата Вундта; ранние опыты о «пустоте» интроспекции; подготовка движения за 800 мс, данные Либета и предсказание выбора по активности мозга). Noba Project
• Doyen S., Klein O., Pichon C.-L., Cleeremans A. Behavioral priming: it's all in the mind, but whose mind? PLoS ONE, 2012; 7(1):e29081. DOI: 10.1371/journal.pone.0029081 · PMID: 22279526 · Полный текст (неудачная попытка воспроизвести эффект замедленной походки; замедление возникало лишь тогда, когда его ожидали сами экспериментаторы).
• Bargh J. A., Chen M., Burrows L. Journal of Personality and Social Psychology, 1996; 71(2):230–244. DOI: 10.1037/0022-3514.71.2.230 · PMID: 8765481 (исходное исследование прайминга стереотипа старости и скорости ходьбы).
• Weingarten E., Chen Q., McAdams M. и др. Psychological Bulletin, 2016; 142(5):472–497. DOI: 10.1037/bul0000030 · PMID: 26689090 (352 размера эффекта из 133 исследований; небольшой устойчивый эффект, более выраженный для личностно значимых целей).
• Newell B. R., Shanks D. R. Behavioral and Brain Sciences, 2014; 37(1):1–19. DOI: 10.1017/S0140525X12003214 · PMID: 24461214 (раздутая объяснительная сила неосознаваемых влияний; слабые процедуры оценки осознанности и игнорирование артефактов).
• Reber A. S. Journal of Experimental Psychology: General, 1989; 118(3):219–235. DOI: 10.1037/0096-3445.118.3.219 (усвоение искусственной грамматики без способности сформулировать правило).
• Van Gulick R. Consciousness. Stanford Encyclopedia of Philosophy, Metaphysics Research Lab, Stanford University (различение феноменального и доступного сознания; «малые перцепции» Лейбница и разведение перцепции с апперцепцией как исторический фон спора о неосознаваемом).