Возрастная периодизация: признаки деления, классические схемы и критика стадиальности

Простой на вид вопрос — во сколько лет заканчивается детство — не имеет одного ответа, и виноваты в этом не психологи, а устройство самой науки. Периодизаций развития существует не одна, они расходятся в границах, и каждый учебник подаёт свою как основную. Ребёнку семь лет: у одного автора он только что вошёл в новый возраст, у второго переживает кризис, у третьего ещё год останется в прежней стадии мышления. Противоречия здесь нет — просто каждая схема режет жизнь по своему признаку. Ниже разберём, какие признаки лежат в основании классических периодизаций, отчего их границы не сходятся, что уцелело под проверкой современными данными и как пользоваться этим инструментом, не превращая его в свод нормативов.

Что такое возрастная периодизация

Возрастная периодизация делит жизненный путь на последовательные отрезки: внутри отрезка психика работает качественно одинаково, а на переходе между ними происходит заметная перестройка. Американская психологическая ассоциация смотрит на такие конструкции шире и называет их стадиальными теориями — описанием любого длительного процесса через череду фаз с разрывами, где функционирование меняется не количественно, а качественно. В самом определении в качестве примеров названы психосексуальные стадии Фрейда и когнитивные стадии Пиаже.

Вес в любой периодизации несут не границы, а признак, по которому проведено деление. У одного автора это устройство мышления, у второго — занятие, которое ребёнок в этом году считает для себя главным, у третьего — задача, которую ставит перед человеком окружение. Разные основания дают разную разметку онтогенеза, и требовать от них совпадения так же бессмысленно, как ждать одинаковых делений от линейки и от термометра.

Из того же следует различение, на котором студенты спотыкаются чаще всего. Психологический возраст — это мера соответствия человека описанию периода: уровню мышления, кругу интересов, способу строить отношения. Хронологический возраст рядом с ним выглядит скромно: число прожитых лет, взятое из паспорта. Расходятся эти две шкалы постоянно, и работать приходится именно с расхождением — с его направлением и величиной, а не с самой цифрой.

Признак деления: три классических ответа

Культурно-историческая традиция, начатая Львом Выготским, берёт за основание новообразования — психические приобретения, которых в начале периода не было и которые перестраивают сознание целиком. У каждого периода своя социальная ситуация развития: неповторимое для этого возраста отношение между ребёнком и средой. Ребёнок перерастает это отношение, оно ломается — и наступает критический период, который в такой логике не сбой воспитания, а штатный механизм перехода. Стабильные отрезки чередуются здесь с кризисами одного года, трёх, семи, тринадцати и семнадцати лет.

Даниил Эльконин остался в той же традиции, но взял другое основание — ведущую деятельность, внутри которой в этом году вызревают главные изменения. Общение со взрослым у младенца, действия с предметами у малыша, игра у дошкольника, учёба у школьника, отношения со сверстниками у подростка, выбор профессии у юноши. Сильная часть его построения, впрочем, не перечень, а ритм чередования: годы, когда ребёнок вбирает смыслы и мотивы человеческих отношений, сменяются годами, когда он наращивает операции и умения. Именно разрыв между «уже хочу» и «пока не умею» и толкает развитие дальше.

У Жана Пиаже точка обзора совсем другая. Его занимает не деятельность и не отношения, а строение самого мышления: сенсомоторный интеллект младенца, дооперациональное мышление дошкольника, конкретные операции младшего школьника, формальные операции подростка. Порядок стадий он считал универсальным и необратимым — а вот возраст их наступления, по Пиаже, вполне может сдвигаться вслед за опытом и средой.

Поставленные рядом, три колонки объясняют путаницу лучше любого рассуждения. Семь лет у Пиаже — переход к конкретным операциям, у Выготского — кризис, у Эриксона — разгар стадии трудолюбия: граница у одного приходится ровно на середину отрезка у другого. Ошибки не допустил никто, просто три признака режут один и тот же материал под разными углами.

Схемы, охватывающие всю жизнь

Всё, о чём шла речь выше, обрывается там, где кончается детство. Эрик Эриксон первым растянул периодизацию на целую биографию: восемь стадий, и на каждой человек решает полярную задачу — от доверия против недоверия у младенца до целостности против отчаяния в старости. Основание здесь психосоциальное: не мышление и не деятельность, а способ, которым человек сводит собственные потребности с требованиями окружения.

Ещё прикладнее поступил Роберт Хэвигхерст, введя понятие возрастных задач развития. По определению Американской психологической ассоциации, это физические, социальные, интеллектуальные и эмоциональные достижения, которыми полагается овладеть на определённом этапе жизни; развитие накопительно, поэтому невыполненная задача осложняет следующие этапы. Научиться читать, выбрать профессию, построить близкие отношения, принять изменения собственного тела — всё это задачи конкретных периодов, а не отвлечённые ступени.

Ещё две схемы стоит знать, но применять буквально не следует. Психосексуальная периодизация Фрейда важна как исторический шаг: она первой связала ранний опыт со взрослым характером, хотя современного эмпирического подтверждения её стадии так и не получили. Ступени Лоуренса Кольберга описывают вовсе не возраст целиком, а одну линию — моральное развитие; читать их следует как частную периодизацию, а не как соперника общим схемам.

Почему границы периодов не совпадают

О первой причине уже сказано: основания деления разные. Вторая интереснее — картина стадий зависит от частоты наблюдения. Роберт Сиглер, подводя итог полувеку исследований детского мышления, отвечает на вопрос о непрерывности почти афористично: всё зависит от того, под каким углом смотреть и как часто измерять. В облегчённых условиях ранние формы постоянства объекта видны у младенцев уже в три-четыре месяца, и время удержания растёт постепенно; на классической же задаче Пиаже тот самый переход выглядит резким скачком в несколько недель к концу первого года.

Третья причина культурная. Само понятие детства, напоминает Стэнфордская философская энциклопедия, исторически и культурно обусловлено, а вовсе не дано природой. Старый спор здесь показателен: анимистическое мышление Пиаже описал у швейцарских детей первой половины прошлого века, а Маргарет Мид у детей тихоокеанских островов ничего похожего не обнаружила. Стадия, зафиксированная в одной культуре, не переносится в другую автоматически — переносится скорее последовательность, чем возраст и содержание.

Четвёртое обстоятельство совсем свежее: границы движутся у нас на глазах. Австралийская группа под руководством Сьюзен Сойер сопоставила данные за столетие и получила ножницы — биологический старт пубертата сместился раньше, а социальные признаки взрослости, от завершения образования до рождения детей, отодвинулись позже. Отсюда их предложение считать подростковый возраст не с десяти до девятнадцати, как принято, а с десяти до двадцати четырёх. Периодизация, выходит, зависит не только от теории, но и от эпохи, в которой живут её авторы.

Современный взгляд: договорённость, а не карта природы

С пятой стороны стадиальность расшатала психология развития на протяжении жизни — направление, сформулированное Полом Балтесом с коллегами. Развитие здесь не заканчивается юностью, а идёт до самой смерти; оно разнонаправленно, ведь в один и тот же год что-то растёт, а что-то убывает; оно пластично, то есть траекторию можно изменить вмешательством; и оно погружено в конкретный исторический контекст. В такой оптике периодизация перестаёт быть описанием природы и становится рабочей договорённостью — удобным языком для разговора о типичном, а не законом, которому подчинена жизнь.

Заодно изменилось и отношение к самому ребёнку. Взгляд на него как на взрослого, которому чего-то недостаёт, уступил место тезису Элисон Гопник: ребёнок и взрослый — два разных способа быть человеком, одинаково сложных и настроенных на разные задачи. Дошкольник мыслит не хуже, он мыслит иначе, и его способ прекрасно приспособлен к обучению через игру.

Что из периодизации работает на практике

Самая частая прикладная ошибка — прочесть периодизацию как таблицу нормативов. Неравномерность заложена в развитие изначально, и клинические справочники не случайно раскладывают ориентиры по пяти отдельным доменам: крупная и мелкая моторика, речь, познавательная сфера, социально-эмоциональное и поведенческое развитие. Опережение в одном домене при отставании в другом — распространённый вариант нормы, а не повод для диагноза.

Представим родителей первоклассника, которые жалуются, что ребёнок «не хочет учиться»: тянет с уроками, зато с азартом играет. Периодизация подсказывает здесь не оценку, а вопрос. Учебная деятельность становится ведущей не по факту первого сентября, а постепенно, и на границе дошкольного и школьного возраста игра ещё долго остаётся ребёнку понятнее. Смысл работы тогда не в дисциплине, а в том, чтобы достроить мостик от игры к учебной задаче и заодно проверить, не мешает ли учиться что-то куда более простое — недосып, зрение, тревога.

Представим другой запрос, взрослый: сорокапятилетний мужчина говорит, что «всё есть, а смысла нет». У Эриксона этот отрезок описан задачей генеративности — вклада в других и в то, что переживёт тебя, — против стагнации. Периодизация здесь не диагноз и не утешение, а карта вопросов: во что человек вкладывается сейчас, что из этого действительно его собственное, а что взято по инерции.

Заканчивается польза схемы там, где начинается устойчивый и серьёзный разрыв. Отставание сразу в нескольких доменах, которое держится месяцами и не сокращается от обычной поддержки, периодизацией уже не описать — нужна нейропсихологическая диагностика ребёнка с оценкой конкретных функций, а не возраста в целом.

Похожая граница есть и во взрослой жизни. Возрастные кризисы из схемы Эриксона нормальны по определению, а вот затяжная их форма, растянутая на годы и сопровождаемая утратой функционирования, вопросом возраста уже не объясняется.

Мифы и факты о возрастной периодизации

Что чаще всего повторяют о периодизации и как обстоит дело на самом деле:

На самом деле	Распространённый миф
Каждая периодизация делит жизнь по своему признаку, оттого границы и разные	Есть одна правильная периодизация, остальные устарели
Возрастные границы приблизительны, разброс в год-два — обычное дело	Если ребёнок не попадает в границы периода, он отстаёт
Кризис — нормальный механизм перехода к новому периоду	Кризис развития означает, что что-то пошло не так
Развитие неравномерно: сферы вызревают в разном темпе	Ребёнок развивается сразу во всех сферах поровну
Периодизации детства не универсальны, культура смещает содержание этапов	Стадии одинаковы для всех детей планеты
Периодизация описывает всю жизнь, включая зрелость и старость	Периодизация касается только детей

Что стоит запомнить студенту

Экзаменатор редко ждёт пересказа таблицы — почти всегда он проверяет, понимает ли студент основание деления. Поэтому в голове выгоднее держать не шесть перечней, а шесть вопросов: по какому признаку делит автор, что считает движущей силой перехода, где проходят границы и почему именно там. Выготский отвечает новообразованием и кризисом, Эльконин — ведущей деятельностью, Пиаже — структурой мышления, Эриксон — психосоциальной задачей, Хэвигхерст — задачами развития, Балтес — отказом от жёстких стадий вообще.

И главный практический вывод: периодизация даёт нормативные ожидания, а не нормативы. Она сообщает, что в этом возрасте типично и куда стоит посмотреть в первую очередь, но не предписывает, каким ребёнок обязан стать ко дню рождения. Разница здесь примерно та же, что между прогнозом погоды и расписанием поездов: первое помогает собраться, второе обязывает.

Источники

• APA Dictionary of Psychology: stage theory (стадиальная теория как описание процесса через разрывные фазы; примеры — стадии Фрейда и Пиаже); developmental task (возрастные задачи развития по Хэвигхерсту).
• Siegler R. Cognitive Development in Childhood. Noba Textbook Series: Psychology, DEF Publishers (четыре стадии Пиаже с возрастными границами; непрерывность против скачкообразности; постоянство объекта в 3–4 месяца). Noba Project
• Matthews G., Mullin A. The Philosophy of Childhood. Stanford Encyclopedia of Philosophy (историческая и культурная обусловленность понятия детства; критика Пиаже; тезис Гопник о ребёнке как ином способе быть человеком). SEP
• Misirliyan S. S., Boehning A. P., Shah M. Developmental Milestones. StatPearls (ориентиры развития по пяти доменам: крупная и мелкая моторика, речь, познавательная и социально-эмоциональная сферы). NCBI Bookshelf
• Выготский Л. С. Проблема возраста (1934) // Собрание сочинений в 6 т. Т. 4. Москва: Педагогика, 1984. С. 244–268; англ. изд.: The Collected Works of L. S. Vygotsky, Vol. 5. New York: Plenum Press, 1998 (стабильные и критические периоды, новообразования, социальная ситуация развития).
• Эльконин Д. Б. К проблеме периодизации психического развития в детском возрасте // Вопросы психологии, 1971, № 4, с. 6–20. Англ. перевод: Toward the Problem of Stages in the Mental Development of the Child. Soviet Psychology, 1972; 10(3):225–251. DOI: 10.2753/RPO1061-04051003225 (ведущая деятельность и чередование двух сторон развития).
• Erikson E. H. Childhood and Society. New York: W. W. Norton, 1950 (восемь психосоциальных стадий от доверия против недоверия до целостности против отчаяния).
• Baltes P. B., Staudinger U. M., Lindenberger U. Lifespan psychology: theory and application to intellectual functioning. Annual Review of Psychology, 1999; 50:471–507. DOI: 10.1146/annurev.psych.50.1.471 · PMID: 15012462 (развитие на протяжении жизни: разнонаправленность, пластичность, исторический контекст).
• Sawyer S. M., Azzopardi P. S., Wickremarathne D., Patton G. C. The age of adolescence. The Lancet Child & Adolescent Health, 2018; 2(3):223–228. DOI: 10.1016/S2352-4642(18)30022-1 · PMID: 30169257 (сдвиг биологического начала пубертата и социальных признаков взрослости; предложение границ 10–24 года).