Анна Фрейд (1895–1982): защитные механизмы, детский психоанализ, эго-психология

Мало кому из детей знаменитых учёных удаётся выбраться из-под родительской тени — Анне Фрейд это удалось. Самый младший, шестой ребёнок Зигмунда Фрейда, она не просто сберегла отцовское дело, а развернула его в неожиданную сторону: от тёмных подвалов бессознательного к тому этажу психики, что отвечает за приспособление, — к «Я». Именно ей психоанализ обязан своей детской ветвью и вниманием к тому, как человек обороняется от самого себя. И её легко перепутать то с отцом, то с извечной оппоненткой Мелани Кляйн, хотя каждый из троих держался своей линии.

Кто такая Анна Фрейд

Анна Фрейд (1895–1982) — психоаналитик с австрийскими корнями и британской биографией, младшая дочь Зигмунда Фрейда. За ней числятся две крупные заслуги: она навела порядок в защитных механизмах «Я» и превратила работу с детьми из любительских проб в выстроенную дисциплину с собственной техникой. Там, где отец имел дело со взрослыми пациентами и раскопками вытесненного, дочь смотрела на сознательное «Я» и на то, как оно складывается у ребёнка. В паре с Хайнцем Хартманном её называют среди тех, кто заложил эго-психологию — школу, задавшую тон американскому психоанализу на десятилетия вперёд. Отсюда и её негласный титул: человек, после которого анализ заговорил не только о запретных желаниях, но и о приспособлении.

Жизненный путь

Детство Анны прошло в доме, где разговоры о снах и оговорках были такой же бытовой рутиной, как обед. Медиком, в отличие от отца, она не стала: её первым ремеслом была школа — несколько лет она преподавала в младших классах, и эта учительская закваска потом проступит в её манере обращаться с маленькими пациентами. В сам психоанализ она вошла через дверь, которая сегодня показалась бы недопустимой: учебный анализ с ней проводил её собственный отец. В 1922 году, прочитав доклад о фантазиях наказания, Анна была принята в Венское психоаналитическое общество и вскоре сделалась правой рукой стремительно слабеющего здоровьем Зигмунда.

Развязка венского периода вышла драматичной. После присоединения Австрии к Рейху в 1938 году над семьёй нависла нацистская угроза, а саму Анну увели на допрос в гестапо. Фрейды перебрались в Лондон; год спустя отец умер, и дочь осталась разом и распорядительницей его архива, и одной из ключевых фигур движения. В осаждённом бомбардировками городе она вместе с Дороти Бёрлингем развернула Хэмпстедские военные ясли (1941–1945), где под одной крышей собрались дети, оторванные войной от родителей. Живой материал этих наблюдений и лёг в фундамент её представлений о том, что в развитии считать нормой, а что сбоем.

Замуж Анна Фрейд так и не вышла, отдав жизнь ремеслу и уходу за отцом. Университетского диплома у неё не было вовсе — и тем показательнее, что несколько солидных университетов присудили ей почётные докторские степени. Основанные ею хэмпстедский курс и детская клиника уже после её кончины получили её имя, а сама традиция детского анализа обзавелась институтами и в Европе, и за океаном.

«Я и защитные механизмы»: поворот к эго-психологии

Книгу, которая её прославила, — «Я и защитные механизмы» (1936) — Анна задумала как подношение отцу к его восьмидесятилетию. Прежде о защитах в психоанализе упоминали вскользь; она же собрала их в единый каталог и впервые сделала предметом методичного разбора, а не попутного замечания.

Список, доставшийся ей от отца, — вытеснение, регрессия, проекция, реактивное образование, сублимация — она дополнила собственными находками. Самая известная из них — идентификация с агрессором: чтобы обезоружить страх, психика надевает маску того, кто пугает, и жертва внутренне встаёт на сторону обидчика. Сюда же Анна отнесла «альтруистическую уступку» и целый веер способов не замечать неприятную правду — отрицать её в мыслях, на словах или в поступках. Подробную опись этих приёмов и логику их работы удобнее смотреть на отдельной странице про защитные механизмы.

По-настоящему важен, впрочем, был не пополненный перечень, а смена ракурса. Раньше взгляд аналитика уходил вглубь, к влечениям; Анна Фрейд предложила задержаться на «Я» — той инстанции, что вечно балансирует между напором желаний, голосом совести и требованиями реальности. Терапевту, по её формуле, полагается держаться «на равном удалении» от Оно, Я и Сверх-Я, а не проваливаться в одно лишь бессознательное. Так родилась эго-психология, где защита перестала быть только помехой лечению и оказалась обычной, чаще всего полезной работой психики: без неё внутреннее давление стало бы невыносимым.

Детский психоанализ и спор с Мелани Кляйн

Вторая большая тема Анны Фрейд — детский психоанализ. Её довод прост: ребёнок не есть уменьшенный взрослый. Его «Я» ещё не окрепло, свободных ассоциаций в привычном виде он не выдаёт, а полноценный перенос на аналитика у него не складывается. Значит, и лечить его нужно иначе — с оглядкой на возраст, с подготовительным, отчасти воспитательным этапом. Символику детской игры она не спешила расшифровывать до дна, предпочитая опираться ещё и на то, как ребёнок ведёт себя в обычной жизни.

Как раз на этом пункте разошлись пути с Мелани Кляйн, другой основоположницей работы с детьми. Кляйн была уверена: игра ребёнка и есть свободные ассоциации, а фантазии и жёсткое Сверх-Я оформляются буквально в первые годы, так что толковать малыша можно сразу и вглубь. В военные годы разница подходов переросла в громкие «Спорные дискуссии» (1941–1945) внутри Британского психоаналитического общества. Итог оказался не столько теоретическим, сколько организационным: общество распалось на три лагеря — кляйнианцев, сторонников Анны Фрейд и нейтральную «среднюю» группу, и эта тройная конфигурация дожила едва ли не до наших дней. Нечастый сюжет, когда спор двух женщин перекраивает целую профессию на поколения вперёд.

Линии развития

К зрелым годам Анна Фрейд сформулировала идею линий развития, изложив её в книге «Норма и патология детства» (1965). Смысл в том, чтобы не мерить ребёнка одной линейкой, а прослеживать сразу несколько параллельных дорожек взросления: путь от опоры на взрослого к самостоятельности, от груди к осмысленной еде, от беспечности к ответственности за собственное тело, от игры к работе. Темп на каждой дорожке свой, и судить о благополучии стоит по их сочетанию, а не по одной выпавшей из ряда «задержке». На той же основе она предложила «диагностический профиль» — способ увидеть психику ребёнка целиком, а не сквозь единственную жалобу. Инструмент оказался живучим: детские специалисты и сегодня отличают с его помощью возрастную норму от того, что должно насторожить.

Критика и современный статус

Спорить о наследии Анны Фрейд честнее всего с двух сторон разом. Её каталог защит пережил свою эпоху: перекочевал в учебники, врос в профессиональный жаргон и вдобавок получил эмпирическое продолжение. Психиатр Джордж Вэйллант, опираясь на исследования, тянувшиеся десятилетиями, расставил защиты по ступеням — от зрелых (сублимация, юмор, альтруизм) через невротические к незрелым и почти психотическим — и обнаружил, что верхние этажи этой лестницы сопутствуют более крепкому психическому здоровью. Клиническое наблюдение тем самым обратилось в измеримую величину, которую всерьёз предлагали закрепить отдельной диагностической осью.

У медали есть и оборотная сторона. Доказательная база этой школы держится в основном на клинических случаях и наблюдениях, а не на контролируемом эксперименте, поэтому строгая проверка даётся ей плохо. Технику детского анализа не раз упрекали в избыточной назидательности: там, где Кляйн уходила в глубокое толкование, Анна Фрейд скорее направляла и опекала, и оппоненты видели в этом размывание грани между терапией и педагогикой. Наконец, сама эго-психология, во главе которой она стояла, к концу XX века отступила перед теорией объектных отношений, психологией самости и реляционными течениями, вернувшими фокус на ранние отношения, а не на отдельные защиты. И всё же понятие защиты пережило эти перемены: им пользуются терапевты самых разных направлений, объясняя, почему человек упорно обходит стороной то, что причиняет ему боль.

Наследие

Если свести вклад Анны Фрейд к одной формуле, это разворот психоанализа от бессознательного к приспособительной работе «Я» и превращение анализа детей в отдельное ремесло со своей выучкой. Созданный ею лондонский центр по сей день держит вместе три вещи — терапию, обучение и исследование детства — и остаётся одной из опорных точек детской психологии в мире. А её словарь защит давно ушёл в народ: «отрицание», «проекцию», «рационализацию» повседневно поминают люди, не прочитавшие у неё ни строчки. И ещё одно, не менее весомое: она доказала, что терпеливое, систематическое наблюдение за обычным ребёнком может быть таким же научным делом, как сеанс со взрослым на кушетке.

Когда собственные защиты из помощников превращаются в помеху — не отпускает тревога, накрывает избегание, в одних и тех же обстоятельствах повторяется знакомый «срыв», — распутать этот узел помогает индивидуальная психотерапия: в ней невидимые механизмы понемногу выходят на свет и становятся управляемыми.

Главные труды

За с лишним полвека практики Анна Фрейд оставила несколько работ, давно вошедших в золотой фонд детской психологии и психоанализа:

• «Введение в технику детского анализа» (1927) — ранний манифест о том, чем работа с ребёнком не похожа на работу со взрослым.
• «Я и защитные механизмы» (1936) — свод защит и заявка эго-психологии на самостоятельность.
• «Младенцы без семей» (1943, совместно с Дороти Бёрлингем) — выводы из хэмпстедского опыта военных лет.
• «Норма и патология детства» (1965) — линии развития и диагностический профиль ребёнка.

Пример из жизни

Тихого дома мальчика держит в страхе крутой на расправу отец. И вдруг в детском саду тот же ребёнок принимается командовать, строить сверстников в шеренгу и «наказывать» тех, кто младше. Взрослые списывают это на драчливость, но у Анны Фрейд для происходящего есть точное имя — идентификация с агрессором: не в силах совладать со страхом, психика примеряет роль пугающего, и ребёнок из мишени перекраивается в «сильного». Это не порок и не болезнь, а способ уцелеть там, где иначе не выстоять. Опознать защиту помогает контраст: дома — робкий и притихший, а там, где чувствует себя в безопасности, — маленький деспот. И начинать разумнее не с выговора за «поведение», а с вопроса, от чего он с такой отчаянностью прикрывается.

Мифы и факты об Анне Фрейд

На самом деле	Распространённый миф
Анна Фрейд создала собственные направления — эго-психологию и детский анализ	Анна Фрейд лишь продолжала и популяризировала идеи отца
Защитные механизмы систематизировала именно Анна; отец описал только часть	Все защитные механизмы открыл Зигмунд Фрейд
Анна Фрейд и Мелани Кляйн были соперницами с разными техниками анализа	Анна Фрейд и Мелани Кляйн — единомышленницы в детском психоанализе
Медицинского образования у неё не было, начинала школьной учительницей	Анна Фрейд была врачом, как и её отец
Ребёнка анализируют иначе, с учётом незрелого «Я» и воспитательного контекста	Детский анализ — просто уменьшенная копия взрослого

Источники

• Freud A. The Ego and the Mechanisms of Defence. London: Hogarth Press, 1937 (нем. оригинал 1936). Архив
• APA Dictionary of Psychology: defense mechanism, ego psychology, ego development, identification with the aggressor.
• Neubauer P. B. Anna Freud's concept of developmental lines. The Psychoanalytic Study of the Child, 1984; 39:15–27. PubMed
• Mayes L. C., Cohen D. J. Anna Freud and developmental psychoanalytic psychology. The Psychoanalytic Study of the Child, 1996; 51:117–141. PubMed
• Aguayo J. Patronage in the dispute over child analysis between Melanie Klein and Anna Freud, 1927–1932. International Journal of Psychoanalysis, 2000; 81(4):733–752. PubMed
• Hartman J. J. Anna Freud and the Holocaust: mourning and survival guilt. International Journal of Psychoanalysis, 2014; 95(6):1183–1210. PubMed
• Vaillant G. E., Bond M., Vaillant C. O. An empirically validated hierarchy of defense mechanisms. Archives of General Psychiatry, 1986; 43(8):786–794. DOI: 10.1001/archpsyc.1986.01800080072010 · PubMed
• Vaillant G. E. Ego mechanisms of defense and personality psychopathology. Journal of Abnormal Psychology, 1994; 103(1):44–50. DOI: 10.1037/0021-843X.103.1.44 · PubMed
• Vaillant G. E. Adaptive mental mechanisms. Their role in a positive psychology. American Psychologist, 2000; 55(1):89–98. DOI: 10.1037/0003-066X.55.1.89 · PubMed