Психология труда: что изучает, профотбор, утомление и стресс на работе

Смена авиадиспетчера — это несколько бортов в поле внимания сразу, у кассира — сотни покупателей за день, у водителя автобуса — один и тот же маршрут год за годом. Отчего одна работа по силам, а другая выжимает досуха, и где здесь вклад самого человека, а где — устройства работы? Этим занимается психология труда. Ниже — откуда она появилась, чем отличается от соседних направлений, как устроены профотбор и профориентация, что известно об утомлении и стрессе на работе и почему фраза «выгорают только слабые» не выдерживает проверки данными.

Что такое психология труда

Психология труда — прикладная отрасль психологии, которая изучает человека в процессе работы. Её интересует, как человек выбирает занятие и осваивает его, сколько может трудиться без потери качества, откуда берутся ошибки, как переживается нагрузка и как профессия постепенно меняет самого работника. С первым вопросом сталкивается каждый, кто выбирал дело жизни: на нём строится профориентация для взрослых и студентов.

Название «психология труда» прижилось в постсоветской традиции. В англоязычной литературе ему соответствуют work psychology и occupational psychology. В Британском психологическом обществе есть отдельное подразделение психологии труда, а европейская профессиональная ассоциация EAWOP объединяет в своём названии психологию труда и организаций. Словарь Американской психологической ассоциации (APA) и вовсе отсылает оба английских термина к более широкой индустриально-организационной психологии.

Несколько опорных понятий APA разбирает отдельно. Профессиональный стресс — физиологический и психологический ответ на события или условия на работе, который вредит здоровью. На него влияют самостоятельность, свобода принимать решения, объём работы, уровень ответственности, уверенность в сохранении места, физическая безопасность, темп и отношения с коллегами и руководством. Рядом стоит психология здоровья на работе: она ищет, что в рабочей среде поддерживает здоровье, а что ведёт к болезням и травмам.

Как появилась психология труда: от психотехники к человеческому фактору

В начале XX века прикладную психологию называли психотехникой. Именно этим словом Гуго Мюнстерберг обозначил её в книге «Psychology and Industrial Efficiency» (1913) и сформулировал три задачи: найти наиболее подходящего человека, получить от него наилучшую работу и добиться наилучшего результата.

Одно его наблюдение и сегодня звучит свежо. Мюнстерберг разыскивал на заводах самую однообразную работу и расспрашивал тех, кто её выполнял. Упаковщица, которая двенадцать лет заворачивала в бумагу лампы накаливания, в среднем по 13 тысяч в день, уверяла его, что дело ей интересно и каждый раз немного другое. Отсюда вывод психолога: ощущение монотонности зависит скорее от самого человека, чем от характера работы.

В те же годы инженер Фредерик Тейлор продвигал «научное управление», подробнее о котором рассказано на странице о психологии управления, а Мюнстерберг отмечал, что, когда последователи Тейлора берутся за отбор людей, научной психологии в их рассуждениях почти нет.

Следующий поворот случился, когда труд превратился во взаимодействие со сложной техникой. Пионеров человеческого фактора Фиттса и Джонса пригласили подсказать американским военным, как отбирать лётчиков, реже совершающих ошибки. А исследователи пришли к выводу, что менять нужно не лётчиков, а самолёты — приборы и органы управления в кабине. Такому системному взгляду на ошибку приписывают множество спасённых жизней во Второй мировой и Корейской войнах. Из такого подхода выросла психология человеческого фактора, частью которой APA считает инженерную психологию; в Европе эту область чаще называют эргономикой. Учебник OpenStax напоминает, что в США у её истоков стояли Лиллиан Гилбрет, психолог и инженер, и её муж, инженер Фрэнк Гилбрет.

Психология труда, организационная и инженерная психология

Все три направления смотрят на одну и ту же работу, но задают ей разные вопросы.

• Психология труда сосредоточена на работнике и его деятельности: способностях, обучении, утомлении, ошибках, стрессе и профессиональном развитии.
• Организационная психология видит организацию как систему: культуру, климат, справедливость, отношения в команде.
• Инженерная психология, по определению APA, выясняет психологические закономерности взаимодействия человека со средой, системами и изделиями, от самолётов и машин до бытовой техники и программ, и применяет их при проектировании.

Возьмём оператора пульта, пропустившего сигнал тревоги. Психолог труда спросит, не был ли человек измотан и подходит ли ему такая работа. Организационный психолог выяснит, кто и как составляет график смен. Инженерный психолог проверит, не тонет ли важный сигнал среди десятков второстепенных. В OpenStax есть реальный пример такого исследования: в центре информационной безопасности бразильского банка 35 операторов и 4 руководителя за 60 дней приняли около 45 тысяч решений, и чем больше решений приходилось на день, тем чаще обычные события ошибочно принимали за настоящие атаки.

С охраной труда все три направления не совпадают по предмету. Охрана труда задаёт правила и нормы безопасности, а психологи объясняют, почему люди эти правила нарушают, не замечают опасности или ошибаются от усталости.

Профотбор, профессиограмма и профориентация

Любой отбор начинается с вопроса, что на самом деле требуется от работника. В постсоветской традиции ответ оформляют в виде профессиограммы — описания профессии: из каких действий она состоит, в каких условиях и с какой нагрузкой выполняется, какие психические качества для неё важнее всего.

Ближайший западный аналог — анализ работы. Согласно APA, сведения для него собирают в интервью и анкетах с теми, кто выполняет или контролирует работу, а также наблюдением и видеозаписью, и именно с этого анализа начинается разработка отбора, оценки и обучения персонала.

Представим профессиограмму авиадиспетчера. В ней окажутся длительная бдительность, умение удерживать в голове движение нескольких объектов, быстрые решения в цейтноте, работа с прерываемым вниманием и сменный график, в том числе ночной. Отсюда понятно, почему диспетчеру нужны конкретные качества, а не «ум вообще», и почему профотбор не сводится к тесту на интеллект. Среди инструментов отбора APA называет биографические данные, собеседования и профессиональные тесты, а тесты способностей описывает как попытку предсказать, сможет ли человек освоить новые знания и навыки.

Профориентация решает обратную задачу: подбирает профессию под человека, а не человека под должность. По APA, она сочетает углублённые интервью, тесты способностей, интересов и личности и разговор о требованиях тех видов работы, которые человеку интересны. У карьерного консультирования бывает и отдельная цель — помочь сменить направление карьеры, поэтому оно полезно не только выпускникам. Одну из этих составляющих — профессиональные интересы — можно ориентировочно оценить самостоятельно в тесте на профориентацию по модели Холланда: 60 коротких вопросов, около 10 минут.

Работоспособность, утомление и перерывы

Работоспособность в течение смены не держится на одной отметке. Такер, Фолкард и Макдональд (2003) изучили записи о несчастных случаях за три года на крупном машиностроительном предприятии. За два часа непрерывной работы риск несчастного случая в последние полчаса был в 2,08 раза выше, чем в первые, а регулярные перерывы, по заключению авторов, помогают сдержать это накопление. Похожую кривую в миниатюре можно увидеть на себе в тесте «Таблицы Шульте»: по времени пяти таблиц он показывает, быстро ли вы входите в работу и удерживаете ли темп до конца.

Метаанализ Фишер и соавторов (2017), объединивший 29 качественных исследований, добавил подробностей. По сравнению с утренними сменами ночные повышают риск травм (относительный риск 1,36), после девятого часа на работе он заметно растёт, а любой перерыв его снижает. Самыми опасными авторы считают графики, где перерывов слишком мало или они короче получаса, смена длится больше 11 часов либо ночных смен больше трёх подряд. С кофе всё менее однозначно: Кокрейновский обзор показал, что кофеин улучшает некоторые показатели внимания и памяти у сменных работников, но ни одно исследование не проверяло, становится ли от него меньше травм.

Долгие часы бьют не только по безопасности. По совместной оценке ВОЗ и Международной организации труда, в 2016 году 488 миллионов человек работали 55 часов в неделю и больше, и с этим связали около 745 тысяч смертей от ишемической болезни сердца и инсульта.

Восстанавливаться нужно и вне работы. Метаанализ Вендше и Ломанн-Хайслах (2016; 91 выборка, больше 38 тысяч сотрудников) показал, что умение психологически отключаться от работы в свободное время связано с меньшим истощением, лучшим сном и меньшей усталостью. Высокие требования на работе, как и привычка вкладывать в неё слишком много сил, такое отключение затрудняют.

Стресс на работе: модель «требования — контроль»

Самое известное объяснение рабочего стресса предложил Роберт Карасек в статье 1979 года. Его модель соединяет два измерения: психологические требования работы (интенсивность и объём, нехватку времени, противоречивые задачи) и контроль над ней, то есть свободу принимать решения и учиться новому. Если разделить оба измерения пополам, получится четыре типа работы. Согласно модели, самое вредное сочетание — высокое напряжение: требований много, а контроля мало. Высокие требования вместе с высоким контролем называют активной работой: по гипотезе активного обучения, она не только нагружает, но и повышает результативность.

В шведском исследовании Пан и соавторов (2019) условия труда оценивали по типичным характеристикам профессий. К активной работе там отнесли, в частности, инженеров и учителей, к пассивной — почтальонов и уборщиков, к низкому напряжению — библиотекарей и техников, а к высокому — кассиров и водителей автобусов. Люди, чья самая продолжительная работа была активной, в пожилом возрасте медленнее теряли самостоятельность в повседневных делах.

Объединённый анализ индивидуальных данных почти 200 тысяч работников из 13 европейских когорт (Кивимяки и соавт., 2012) показал, что при высоком напряжении риск ишемической болезни сердца примерно на 23 % выше. Авторы честно обозначили ограничения: в опубликованных работах связь выглядела сильнее, чем в неопубликованных, а доля случаев, которую можно объяснить напряжением (3,4 %), заметно меньше, чем у курения. С депрессией похожая история: в метаанализе Мадсен и соавторов (2017) высокое напряжение было связано с клинической депрессией и в опубликованных исследованиях (относительный риск 1,77), и в неопубликованных данных (1,27).

Метаобзор Харви и соавторов (2017) свёл 37 обзоров и выделил три группы рабочих факторов риска депрессии и тревоги: несбалансированный дизайн работы, профессиональную неопределённость и нехватку признания и уважения. Умеренные доказательства касаются высоких требований, низкого контроля, дисбаланса усилий и вознаграждений, низкой справедливости, ролевого стресса, травли и слабой поддержки на работе.

Европейское агентство по безопасности и здоровью на работе (EU-OSHA) подчёркивает, что психосоциальные риски порождает плохая организация труда и управления, а не «слабость» сотрудника. По опросу агентства 2022 года, 27 % работников испытывали стресс, тревогу или депрессию, вызванные или усиленные работой. Микро- и малые компании, по его данным, склонны такие риски недооценивать.

Выгорание, профессиональная деформация и работа во время войны

Затяжной стресс, как пишет EU-OSHA, связан с выгоранием, тревогой и депрессией, а со временем — с сердечно-сосудистыми болезнями и проблемами опорно-двигательного аппарата.

Более медленное и незаметное следствие — профессиональная деформация, когда привычки и роли, уместные на работе, постепенно перетекают в остальную жизнь.

Для Украины эти темы сейчас особенно острые. Люди работают после бессонных ночей и под сигналы воздушной тревоги, меняют профессию после релокации, возвращаются к работе после службы, а команды разбросаны по разным городам и странам. Психолог труда помогает перестроить режим, нагрузку и требования так, чтобы работа оставалась посильной. Если же подавленность, тревога или бессонница держатся неделями и мешают работать и общаться с близкими, стоит обратиться к психотерапевту, а при необходимости — к врачу.

Мифы и факты о психологии труда

Что часто говорят о работе, усталости и стрессе — и что показывают исследования:

На самом деле	Распространённый миф
Психосоциальные риски возникают из организации труда, значит, менять нужно и условия	Стресс на работе — личное дело сотрудника
Отбор начинается с анализа работы, а тесты — лишь один из инструментов	Профотбор — это тест на IQ
Кофеин поддерживает внимание, но риск травм снижают перерывы и разумная длина смены	Усталость лечится кофе
Инженерная психология подстраивает приборы, пульты и программы под возможности человека	Эргономика — это просто удобное кресло
Риск депрессии и тревоги растёт при высоких требованиях, низком контроле и травле	Выгорают только слабые
Ощущение монотонности зависит от человека больше, чем от самой работы	Однообразная работа одинаково скучна для всех

Источники

• APA Dictionary of Psychology: occupational stress (а также статьи industrial and organizational psychology, occupational psychology, work psychology, occupational health psychology, psychotechnics, engineering psychology, job analysis, personnel selection, aptitude test, vocational guidance, career counseling).
• Münsterberg H. Psychology and Industrial Efficiency. Boston; New York: Houghton Mifflin, 1913. Project Gutenberg (психотехника, три задачи прикладной психологии, наблюдения о монотонности, глава о научном управлении).
• European Agency for Safety and Health at Work (EU-OSHA). Psychosocial risks and mental health at work (источники психосоциальных рисков, опрос OSH Pulse 2022).
• Kivimäki M. и соавт. Job strain as a risk factor for coronary heart disease: a collaborative meta-analysis of individual participant data. The Lancet, 2012; 380(9852):1491–1497. DOI: 10.1016/S0140-6736(12)60994-5 · Полный текст
• Модель «требования — контроль»: Karasek R. A. Job Demands, Job Decision Latitude, and Mental Strain: Implications for Job Redesign. Administrative Science Quarterly, 1979; 24(2). DOI: 10.2307/2392498; Häusser J. A., Schulz-Hardt S., Mojzisch A. The active learning hypothesis of the job-demand-control model: an experimental examination. Ergonomics, 2014; 57(1):23–33. PMID: 24274148; Pan K.-Y. и соавт. Psychosocial working conditions, trajectories of disability, and the mediating role of cognitive decline and chronic diseases: A population-based cohort study. PLOS Medicine, 2019; 16(9):e1002899. DOI: 10.1371/journal.pmed.1002899 · PMID: 31525191 · PMC: PMC6746356.
• Работа и психическое здоровье: Madsen I. E. H. и соавт. Job strain as a risk factor for clinical depression: systematic review and meta-analysis with additional individual participant data. Psychological Medicine, 2017; 47(8):1342–1356. PMID: 28122650 · PMC: PMC5471831; Harvey S. B. и соавт. Can work make you mentally ill? A systematic meta-review of work-related risk factors for common mental health problems. Occupational and Environmental Medicine, 2017; 74(4):301–310. DOI: 10.1136/oemed-2016-104015 · PMID: 28108676.
• Утомление, смены и перерывы: Tucker P., Folkard S., Macdonald I. Rest breaks and accident risk. The Lancet, 2003; 361(9358):680. PMID: 12606184; Fischer D. и соавт. Updating the "Risk Index": A systematic review and meta-analysis of occupational injuries and work schedule characteristics. Chronobiology International, 2017; 34(10):1423–1438. PMID: 29064297; Ker K. и соавт. Caffeine for the prevention of injuries and errors in shift workers. Cochrane Database of Systematic Reviews, 2010. PMID: 20464765 · PMC: PMC4160007.
• Рабочее время и восстановление: Pega F. и соавт. Global, regional, and national burdens of ischemic heart disease and stroke attributable to exposure to long working hours for 194 countries, 2000–2016. Environment International, 2021; 154:106595. PMID: 34011457 · PMC: PMC8204267; Wendsche J., Lohmann-Haislah A. A Meta-Analysis on Antecedents and Outcomes of Detachment from Work. Frontiers in Psychology, 2016; 7:2072. DOI: 10.3389/fpsyg.2016.02072 · PMID: 28133454 · PMC: PMC5233687.
• Человеческий фактор: OpenStax. Psychology 2e, 13.4 «Human Factors Psychology and Workplace Design» (Гилбреты, исследование Bruno & Abrahão, 2012); Holden R. J. People or systems? To blame is human. The fix is to engineer. Professional Safety, 2009; 54(12):34–41. PMID: 21694753 · PMC: PMC3115647 (Фиттс и Джонс). Названия отрасли: British Psychological Society, Division of Occupational Psychology; European Association of Work and Organizational Psychology (EAWOP).