После первого прыжка с парашютом руки дрожат ещё час, а за ужином человек уже выбирает дату следующего. Кто-то годами работает только в аврале, потому что «без дедлайна не включаюсь». Кто-то обгоняет на трассе, а после недели тишины сам не замечает, как начинает ссору. Истории разные, но нить общая: покой кажется пустым, а по-настоящему жить получается только на пике.
Адреналиновая зависимость — бытовое название, а не диагноз: за ним может стоять и здоровая любовь к драйву, и риск, который давно вышел из-под контроля. Отличить одно от другого помогают несколько честных вопросов к себе, а ещё понимание того, что именно мозг получает в момент страха.
Определение
Адреналиновая зависимость (в быту — «адреналинщик», англ. adrenaline junkie) — это тяга снова и снова искать риска, страха или острых ощущений ради подъёма, который они дают, даже когда за это приходится платить здоровьем, деньгами или отношениями.
Что такое адреналиновая зависимость простыми словами
Ярлык «адреналинщик» чаще встречается в медиа, чем в научных статьях: так называют альпинистов, парашютистов, гонщиков и всех, кто добровольно лезет туда, где страшно. В международных медицинских классификациях отдельного диагноза «адреналиновая зависимость» нет.
Психологи описывают то же явление точнее, через черту, которую называют поиском ощущений (sensation seeking). Американский исследователь Марвин Цукерман определил её как стремление к разнообразным, новым, сложным и интенсивным впечатлениям вместе с готовностью ради них рисковать: телом, репутацией, деньгами, а порой и свободой. Эта черта есть у каждого, разница лишь в степени. Одному человеку хватает горки в аквапарке, другой чувствует себя живым только на скале.
Высокая потребность в острых ощущениях сама по себе не болезнь. Она даёт смелость браться за новое, не теряться в неожиданных ситуациях, пробовать то, на что другие не решаются. Проблема начинается, когда риск из выбора превращается в необходимость: без него человек раздражается, скучает до физического дискомфорта, а дозу приходится всё время увеличивать.
Если риск уже стоил травм, долгов или ссор дома, а остановиться не получается, с таким поведением работает психолог-аддиктолог: он помогает понять, что именно даёт вам острый момент, и найти, чем его заменить без вреда.
Почему тянет к риску: адреналин, дофамин и поиск ощущений
Когда мозг видит опасность, надпочечники за считаные секунды выбрасывают в кровь адреналин. Сердце разгоняется, дыхание учащается, кровь приливает к крупным мышцам, внимание сужается до одной задачи: справиться. Это реакция выживания, и приятной она сама по себе не бывает. Вспомните, как себя чувствуете, когда чуть не поскользнулись на лестнице.
Приятным острый момент делает то, что наступает после, и то, как мозг это запоминает. Опасность миновала, вы справились, и система вознаграждения помечает опыт как ценный. В этой системе работает дофамин, который отвечает не столько за удовольствие, сколько за желание повторить. Поэтому после удачного прыжка тянет не отдохнуть, а снова подняться на высоту.
Любопытно, что самый приятный страх — не самый сильный. Учёные из Орхусского университета в Дании надели пульсометры на 110 посетителей дома ужасов в возрасте от 12 до 57 лет и расспрашивали, что они чувствовали в самых страшных точках маршрута. Удовольствие выстроилось дугой: где пугали слабо, его было мало, где слишком сильно — тоже, а пик пришёлся на умеренный страх. Авторы описали эту точку как «именно то, что нужно».
Отсюда и ловушка. У каждого своя точка, где страх «именно то, что нужно», и у людей с высоким уровнем поиска ощущений она расположена выше. Когда привычный риск перестаёт пугать, он перестаёт и радовать, поэтому порог незаметно ползёт вверх: быстрее трасса, выше скала, крупнее ставка.
Цукерман выделил в этой черте четыре составляющие, и у разных людей преобладают разные. Первая — поиск острых ощущений и приключений, связанных с физическим риском. Вторая — поиск нового опыта: путешествия, необычное искусство, незнакомые люди. Третья — расторможенность в компаниях и на вечеринках. Четвёртая — плохая переносимость скуки, когда однообразие давит почти физически. Так что кто-то прыгает с тарзанки, а кто-то на риск не пойдёт, но не выдержит рутинной работы и полгода.
Измерить эту черту можно и самостоятельно. Шкала «Поиск впечатлений» есть в расширенном тесте «Большая пятёрка»: она показывает, насколько вам нужна насыщенная, стимулирующая среда по сравнению с людьми вашего пола и возраста.
Некоторые, узнав себя в этих описаниях, пугаются, что с ними что-то не так. Большая потребность в драйве сама по себе не изъян характера. Вопрос лишь в том, кто кем управляет: вы ею или она вами. Когда честно ответить на это сложно, поможет консультация психолога онлайн, где можно спокойно разобраться, что именно вы ищете в острых моментах.
Когда сначала к врачу
Если сердцебиение, потливость и дрожь накатывают сами, без риска или видимой причины, начните с семейного врача: у таких приступов бывают телесные причины, которые стоит исключить. А если поиск острых ощущений сочетается с алкоголем или другими веществами, к помощи стоит подключить врача-нарколога.

Кто больше склонен к погоне за адреналином
Заметнее всего на тягу к риску влияет возраст. Лоренс Стейнберг с коллегами обследовал 935 человек от 10 до 30 лет и выяснил, что поиск ощущений растёт с 10 до 15 лет, а потом идёт на спад или держится ровно. Импульсивность ведёт себя иначе: с 10 лет она постепенно снижается, то есть умение тормозить созревает медленно, но неуклонно.
Поиск ощущений и импульсивность часто путают, хотя это разные вещи. Первая черта описывает, насколько сильно вас тянет к новому и острому. Вторая — успеваете ли вы подумать, прежде чем сделать шаг.
В среднем подростковом возрасте эти две линии расходятся дальше всего: желание сильных впечатлений уже на максимуме, а тормоза ещё не установлены до конца. Поэтому подростки рискуют чаще, чем двадцатипятилетние, и это закономерность развития, а не признак «испорченного» ребёнка.
Родителям стоит тревожиться, когда риск становится опасным для жизни, повторяется несмотря на последствия или сочетается с алкоголем, веществами или самоповреждением. В такой ситуации уместна онлайн-консультация подросткового психолога: со специалистом вне семьи подростку иногда легче говорить, чем с мамой или папой.
Остальные факторы касаются обстоятельств. Тяга к риску усиливается, когда жизнь слишком однообразна, когда не хватает признания или смысла, после большой потери или долгого стресса. Тогда острый момент выполняет конкретную работу: на несколько минут выключает мысли, грусть или тревогу. В таком случае человек ищет не адреналин, а передышку от боли, и это уже другой разговор.
Увлечение или зависимость: где граница
Далеко не каждый, кто прыгает, лазит по скалам и катается вне трассы, зависим. Австрийские исследователи расспросили 40 профессиональных и полупрофессиональных фрирайдеров (лыжников и сноубордистов, которые катаются по целине) о том, что именно ведёт их в горы. Чаще всего звучали вызов (36 человек), друзья (31), природа (27), ощущение равновесия и свободы (по 26). Намеренного поиска опасности среди мотивов не оказалось. Наоборот, эти люди взвешивают риск: планируют маршрут, следят за условиями на склоне и полагаются на проверенных партнёров.
Такое увлечение ближе к состоянию потока, полному погружению в действие, чем к погоне за страхом. Человек на склоне сосредоточен на технике, а не на том, чтобы оказаться на краю.
Канадский психолог Робер Валлеран предложил разграничение, которое применимо к любому увлечению. Гармоничная страсть — занятие, которое человек свободно выбирает и которое вписывается в остальную его жизнь. Навязчивая страсть давит изнутри: от неё трудно отказаться даже тогда, когда нужно, и она чаще приносит негативные эмоции и заставляет упорно продолжать вопреки обстоятельствам. В четырёх исследованиях с более чем 900 участниками первая была связана с лучшей адаптацией, вторая — с худшей.
ВОЗ описывает расстройство, связанное с видеоиграми, тремя признаками, и их удобно приложить к риску. Человек хуже контролирует, когда начать и когда остановиться. Занятие вытесняет другие интересы и дела. Человек не бросает занятие, а то и уходит в него ещё глубже, несмотря на вред. Чтобы говорить о расстройстве, такое состояние должно заметно мешать жить и обычно длиться не меньше года.
| Увлечение риском | Потеря контроля |
|---|---|
| Вы решаете, когда и насколько рисковать | Тянет рискнуть даже тогда, когда не планировали |
| Перед заездом или прыжком — подготовка и правила безопасности | Правила кажутся лишними, а осторожность мешает «кайфу» |
| Привычный уровень драйва радует годами | Каждый раз нужно чуть быстрее, выше или дороже |
| Месяц без приключений проходит спокойно | Без них — раздражительность, пустота, бессонница |
| Близкие знают, чем вы занимаетесь | Часть рискованных историй приходится скрывать |
| После травмы вы восстанавливаетесь и что-то меняете | После травмы или потерь рискуете снова, будто ничего не случилось |
Признаки адреналиновой зависимости
Настораживать должны не отдельные острые моменты, а сценарий, который повторяется месяцами. Вот на что стоит честно посмотреть:
- привычный риск уже не волнует, и чтобы почувствовать то же самое, вы повышаете ставки;
- без острых ощущений несколько дней подряд накатывают раздражительность, апатия или бессонница;
- чаще всего рискуете тогда, когда грустно, тревожно или после ссоры;
- продолжаете несмотря на травмы, долги, штрафы или просьбы родных остановиться;
- часть историй приходится скрывать или преуменьшать;
- обычные радости, от прогулки до вечера с друзьями, кажутся пресными;
- вы ловите себя на том, что устраиваете конфликт или аврал, чтобы «проснуться».
Что происходит, когда риска нет, учёные впервые прицельно выясняли у скалолазов. В небольшом качественном исследовании 2016 года восемь мужчин рассказывали, как себя чувствуют, когда лазить нельзя из-за травмы, погоды или работы. Они описывали беспокойство, раздражение и навязчивое желание вернуться на скалу. Один сказал, что сравнивает с лазанием всё в своей жизни, и ничто с ним не сравнится. У более сильных спортсменов тяга и плохое настроение были чаще и интенсивнее.
Авторы осторожно назвали это состояниями, похожими на абстиненцию. Именно похожими: никто не утверждает, что скалолазание вредно. Зато этот опыт хорошо объясняет, почему человек, которому «ничего не хочется», через неделю без риска начинает искать, где бы его взять.

Не только экстрим: где ещё ищут адреналин
Парашют и мотоцикл — самые очевидные примеры, но не самые частые. Тот же механизм работает и там, где никто не надевает шлема.
Азарт и ставки
Ставки на спорт дают те же качели ожидания и развязки, только рискуют здесь деньгами. Граница с расстройством в этом случае самая чёткая: игровая зависимость имеет официальные диагностические критерии и проверенные способы помощи.
Работа в режиме аврала
Некоторые не могут взяться за дело, пока дедлайн не дышит в затылок, потому что только под давлением чувствуют энергию. Этот тип хорошо знают те, кто изучает прокрастинацию: аврал подменяет мотивацию, но расплачиваться приходится сном и здоровьем.
Отношения на качелях
Бывает, что спокойный партнёр кажется «скучным», а страсть появляется только вместе со ссорами, ревностью и бурными примирениями. Такие качели близки к тому, что описывают как любовную зависимость: человек держится не столько за партнёра, сколько за перепады эмоций.
Дорога, покупки, конфликты
Превышение скорости, импульсивные дорогие покупки, случайный секс без защиты, драки, мелкие нарушения «на спор» — всё это способы быстро поднять напряжение. Покупки, которыми заглушают стресс, мы отдельно разбирали в статье про шопоголизм.
После войны: когда тишина кажется подозрительной
Для многих украинцев тема острых ощущений сегодня совсем не о парашютах. Месяцы на фронте или жизнь под обстрелами приучают тело к постоянной мобилизации, и возвращение в тишину даётся неожиданно тяжело: покой кажется подозрительным, а обычные дела — ненастоящими.
Исследователи армии США опросили 1252 военных сразу после возвращения из Ирака и ещё раз через три месяца. Те, кто пережил самые жестокие бои, имел дело с большим числом погибших и раненых или был вынужден убить, позже чаще склонялись к риску, больше пили и чаще вспыхивали агрессией. Эффект был небольшим, а авторы предположили, что опыт войны может усиливать ощущение собственной неуязвимости.
Рискованное или разрушительное поведение входит и в перечень возможных признаков посттравматического стрессового расстройства в американской классификации DSM-5. Это не значит, что у каждого, кого после службы тянет к риску, есть ПТСР. Но если вместе с этим плохо спится, тело постоянно начеку, а воспоминания возвращаются сами, стоит прочитать о ПТСР у военных и поговорить со специалистом, который работает с травмой.
Гражданским это тоже знакомо: кто-то перестал реагировать на воздушные тревоги, а кто-то после переезда в спокойный город чувствует пустоту вместо облегчения. Родным военного полезно знать, что погоня за адреналином после возвращения нередко идёт рядом с алкоголем и раздражительностью. Практические советы для семьи собраны в материале о том, как поддержать военного после возвращения.
Как вернуть вкус к покою
Цель не в том, чтобы навсегда отказаться от драйва. Цель в том, чтобы риск снова стал выбором, а покой перестал быть наказанием. Вот с чего можно начать.
- Заметьте, что предшествует тяге. Две недели записывайте, когда хочется рискнуть: после ссоры, в воскресенье вечером, после тяжёлого разговора. Часто оказывается, что тянет не к высоте, а прочь от определённого чувства.
- Оставьте драйв, но в рамках: секция с тренером, трасса с инструктором, спорт с правилами безопасности и заранее определённым пределом. Структура сохраняет удовольствие и убирает бесконтрольность.
- Не повышайте ставки автоматически. Когда хочется «ещё чуть быстрее», возьмите паузу на сутки и решайте на свежую голову.
- Тренируйте покой маленькими дозами: десять минут без телефона, медленная прогулка, дыхательное упражнение. Сначала это будет раздражать: так реагирует нервная система, привыкшая к сильным стимулам.
- Позаботьтесь о теле. Сон, регулярное движение и еда по расписанию делают скуку терпимее, а истощённый организм быстрее хватается за сильный раздражитель.
- Уберите лёгкий доступ. Удалите приложения со ставками, отдайте ключи от мотоцикла другу на тот период, когда вам особенно тяжело.
- Расскажите кому-то близкому, что происходит. Скрытность подпитывает риск, а человек рядом поможет заметить момент, когда вас снова «несёт».

Как с тягой к риску работает психолог
Психотерапия не пытается превратить любителя драйва в тихого домоседа. Сначала специалист вместе с клиентом выясняет, какую работу выполняет риск в его жизни: глушит тревогу, возвращает ощущение контроля, спасает от скуки, отвлекает от горя или стыда. От этого ответа зависит всё остальное.
Инструменты бывают разные. Мотивационное интервью помогает человеку самому взвесить, что риск даёт и что отнимает, без давления и морализаторства. Когнитивно-поведенческие техники учат замечать триггеры и выдерживать скуку, не убегая от неё. Если погоня за адреналином связана с пережитой травмой, в работу входят методы, ориентированные на травму.
Позитивная психотерапия (метод представлен в 65 странах) смотрит на баланс четырёх сфер жизни: тела, деятельности, отношений и смысла. Человек, который живёт от пика до пика, обычно перегружает одну из них, а остальные пустуют, поэтому часть работы состоит в том, чтобы постепенно их заполнить.
Отдельно работают с близкими. Родные часто мечутся между двумя крайностями: запретить всё или делать вид, что ничего не происходит. Психолог помогает найти третий путь: говорить о конкретных последствиях, а не о характере, и договариваться о правилах безопасности, которые человек действительно готов выполнять.
Когда стоит обратиться за помощью
Записаться к специалисту стоит, если:
- риск уже заканчивался травмами, авариями, долгами или проблемами с законом;
- остановиться не получается, хотя вы искренне этого хотите;
- острые ощущения сочетаются с алкоголем, наркотиками или азартными играми;
- риск стал способом почувствовать хоть что-то после потери, развода или возвращения с войны;
- близкие просят остановиться, а разговоры каждый раз заканчиваются ссорой;
- у подростка опасные поступки повторяются и становятся всё рискованнее.
Бывает, что рискованность приходит волнами вместе со взлётами настроения: человек почти не спит, сыплет планами, тратит деньги, которых нет. Такие периоды стоит обсудить с врачом, и при необходимости мы можем направить вас к врачу-психиатру, с которым сотрудничаем, и помочь договориться о приёме.
Если же риск стал способом не жить и появляются мысли о смерти, не откладывайте: круглосуточная кризисная поддержка Ветеранского фонда (линия открыта для всех украинцев) работает по номеру 0 800 33 20 29, линия «Человек в беде» круглосуточно отвечает по номеру 0 800 210 160, а при острой опасности набирайте 103 или 112; все контакты собраны на странице кризисной помощи.
Источники
- Zuckerman M. Behavioral Expressions and Biosocial Bases of Sensation Seeking. Cambridge University Press, 1994.
- Heirene R. M., Shearer D., Roderique-Davies G., Mellalieu S. D. Addiction in Extreme Sports: An Exploration of Withdrawal States in Rock Climbers. Journal of Behavioral Addictions, 2016; 5(2):332–341. DOI: 10.1556/2006.5.2016.039 · PMID: 27348554 · Полный текст
- Frühauf A., Hardy W. A. S., Pfoestl D., Hoellen F.-G., Kopp M. A Qualitative Approach on Motives and Aspects of Risks in Freeriding. Frontiers in Psychology, 2017; 8:1998. DOI: 10.3389/fpsyg.2017.01998 · Полный текст
- World Health Organization. Addictive behaviours: Gaming disorder. Questions and answers, 2020 · Материал ВОЗ
- U.S. Department of Veterans Affairs, National Center for PTSD. PTSD and DSM-5 · Материал
- Steinberg L., Albert D., Cauffman E., Banich M., Graham S., Woolard J. Age differences in sensation seeking and impulsivity as indexed by behavior and self-report: evidence for a dual systems model. Developmental Psychology, 2008; 44(6):1764–1778. DOI: 10.1037/a0012955 · PMID: 18999337.
- Andersen M. M., Schjoedt U., Price H., Rosas F. E., Scrivner C., Clasen M. Playing With Fear: A Field Study in Recreational Horror. Psychological Science, 2020; 31(12):1497–1510. DOI: 10.1177/0956797620972116 · PMID: 33137263.
- Vallerand R. J., Blanchard C., Mageau G. A., Koestner R., Ratelle C., Léonard M., Gagné M., Marsolais J. Les passions de l'âme: on obsessive and harmonious passion. Journal of Personality and Social Psychology, 2003; 85(4):756–767. DOI: 10.1037/0022-3514.85.4.756 · PMID: 14561128.
- Killgore W. D. S., Cotting D. I., Thomas J. L., Cox A. L., McGurk D., Vo A. H., Castro C. A., Hoge C. W. Post-combat invincibility: violent combat experiences are associated with increased risk-taking propensity following deployment. Journal of Psychiatric Research, 2008; 42(13):1112–1121. DOI: 10.1016/j.jpsychires.2008.01.001 · PMID: 18291419.
Часто задаваемые вопросы
Существует ли адреналиновая зависимость на самом деле?
Отдельного диагноза с таким названием в международных классификациях нет. Но само явление реально: у части людей тяга к риску подчиняется тем же правилам, что и другие поведенческие зависимости, — с навязчивым желанием, привыканием и плохим самочувствием без «дозы». Поэтому специалисты смотрят не на название, а на то, управляет ли человек своим поведением.
Как называют человека, который не может без адреналина?
В разговорной речи — «адреналинщиком», по-английски — adrenaline junkie. Психолог сказал бы, что у него высокий уровень поиска ощущений. Это описание само по себе не диагноз и не приговор.
Вредны ли частые выбросы адреналина?
Короткие всплески во время спорта или волнения — обычная работа организма. Вредят скорее последствия: травмы, недосып, постоянное напряжение, конфликты. Если же сердце колотится и руки дрожат без всякого повода, сначала покажитесь семейному врачу.
Почему после экстрима накатывает опустошение?
После пика нервная система возвращается к привычному уровню возбуждения, и на контрасте будни кажутся серыми. Чаще всего такой откат проходит сам. Настораживает другое: когда опустошение не уходит и единственный способ его развеять — новый риск.
Как избавиться от адреналиновой зависимости?
Начинать стоит не с запрета, а с ответа, от чего именно спасает риск. Дальше помогает добавлять более безопасные источники драйва с понятными правилами и приучаться выдерживать покой короткими порциями. Если остановиться самостоятельно не получается, легче работать над этим вместе с психологом.
Можно ли заниматься экстремальным спортом и не быть зависимым?
Да. Когда фрирайдеров расспросили, что ведёт их в горы, они назвали вызов, друзей и природу, а не желание оказаться на грани. Здоровое увлечение видно по подготовке, правилам безопасности и готовности пропустить сезон, если этого требует здоровье.
Почему подростков так тянет к риску?
В этом возрасте потребность в новых сильных впечатлениях достигает максимума, а способность тормозить ещё созревает. С годами эта разница выравнивается. Родителям лучше не запрещать всё подряд, а договариваться о безопасных способах получить драйв и замечать, когда риск становится угрозой для жизни.
Что делать, если близкий человек постоянно рискует?
Говорить о конкретных случаях и последствиях, а не о характере: «мне было страшно, когда ты не брал трубку после заезда» звучит иначе, чем «ты безответственный». Не пытайтесь контролировать каждый шаг, но и не молчите о собственных границах. Если разговоры раз за разом переходят в ссору, пойти к психологу можно и самому, без согласия близкого.
Бывает ли адреналиновая зависимость в отношениях?
Так в быту описывают пары, где страсть живёт только рядом со ссорами, ревностью и бурными примирениями. Тихая пора в таких отношениях кажется скучной, и кто-то бессознательно провоцирует новую бурю. Со временем это истощает обоих, поэтому стоит понять, почему покой в близости пугает.
Почему после фронта трудно жить в тишине?
Тело месяцами работало в режиме опасности, и перестройка на мирный лад не происходит за день. Тишина может казаться подозрительной, а будничные хлопоты — мелочными. Если это длится месяцами и сопровождается бессонницей, вспышками гнева или алкоголем, стоит обратиться к специалисту, который работает с военными.
Статья носит информационный характер и не заменяет консультацию врача или психолога. Телесные симптомы, травмы и сочетание риска с алкоголем или веществами обсуждайте с врачом. Материал подготовлен психологическим центром New Leaf.
Психологи нашего центра помогают разобраться с тягой к риску, которая вышла из-под контроля, очно в Киеве и онлайн.
73 отзыва — средняя оценка центра New Leaf



