Арт-терапия: как работает метод, что говорит наука и кому он подходит

Рисовать, лепить или клеить коллаж умеет каждый, но далеко не каждый рисунок является терапией. Именно здесь рождается большинство недоразумений вокруг арт-терапии: одни считают её детским развлечением, другие — волшебным способом «достать бессознательное» за одну встречу. Оба представления ошибочны.

Ниже разбираем, как работает метод, какие виды арт-терапии существуют, что показывают исследования — включая те, что пользы не обнаружили, — и когда творческая работа с терапевтом уместна, а когда её недостаточно.

Что такое арт-терапия простыми словами

Британская ассоциация арт-терапевтов определяет метод как устоявшуюся форму психотерапии, которую проводят специально подготовленные специалисты. Искусство в ней — главное средство выражения, но рядом с ним всегда есть беседа. Задача не в том, чтобы создать красивую работу, а в том, чтобы снизить дистресс и дать человеку новое понимание себя, ощущение собственного влияния и самоценности.

Исследователи британской программы оценки медицинских технологий предлагают удачную формулу: арт-терапия — это трёхсторонний процесс между клиентом, терапевтом и образом. Изображение становится третьим участником разговора. На него можно посмотреть со стороны, его можно изменить, к нему можно вернуться через неделю, тогда как произнесённые слова исчезают сразу.

Важное условие, которое подчёркивают все профессиональные ассоциации: умение рисовать не требуется. Терапевт не оценивает эстетическое качество работы и не ставит по рисунку диагноз. Если хочется попробовать такой формат со специалистом, в центре проводятся сессии арт-терапии и работы с метафорическими картами — онлайн и в Киеве.

Название происходит от английского art — «искусство». Слово пишут по-разному: встречается и слитное «арттерапия», но чаще — через дефис, и в этой статье мы пишем так же.

Откуда появился метод

Термин «арт-терапия» обычно связывают с британским художником Адрианом Хиллом, который, долго лечась от туберкулёза, заметил, что рисование облегчает его состояние. В США основы метода заложила Маргарет Наумбург, видевшая в спонтанном рисунке путь к бессознательным процессам, а Эдит Крамер подчёркивала целительную силу самого творческого процесса. Оба взгляда — образ как повод для разговора и творчество как исцеляющее действие само по себе — и сегодня соединяются в работе арт-терапевта.

Кто такой арт-терапевт

Арт-терапевт — это специалист, который сочетает психологическую или психотерапевтическую подготовку с обучением работе через творческие материалы. Он не учит рисовать и не оценивает результат: его задача — помочь человеку через образ подойти к переживаниям, а затем обсудить их.

Сегодня это регулируемая профессия в ряде стран. В Великобритании названия «арт-терапевт» и «арт-психотерапевт» защищены законом: работать под ними можно только после регистрации в Совете по профессиям здравоохранения и ухода. Там, где профессию регулируют, от арт-терапевта ожидают отдельной подготовки по психотерапии, а не только художественного образования.

В New Leaf с рисунком, коллажем, глиной и метафорическими картами работают психологи и психотерапевты центра. Для большинства из них основой служит Позитивная психотерапия, а творческие техники вплетаются в эту работу там, где словами объяснить трудно.

Чем терапия отличается от рисования для себя

Рисовать ради удовольствия полезно. В американском исследовании 2016 года у 39 здоровых взрослых после 45 минут работы с художественными материалами значимо снизился уровень кортизола, гормона стресса, независимо от опыта в искусстве. Доклад Европейского регионального бюро ВОЗ, обобщивший более трёх тысяч исследований, описывает заметную роль искусства в профилактике болезней и поддержке здоровья. Но тот же доклад чётко разделяет три вещи: искусство в повседневной жизни, специальные программы для здоровья и терапевтические программы, которые ведут подготовленные арт-терапевты.

Разница не в материалах. Арт-терапию от творческого досуга отделяют несколько признаков, которые систематические обзоры используют как критерии включения:

• чёткие рамки: определённые начало и окончание курса, частота и длительность встреч;
• присутствие терапевта и терапевтические отношения с ним;
• использование художественных материалов именно с терапевтической целью, а не для обучения технике;
• учёт культурного контекста человека.

Раскраска-антистресс, нейрографика или вечер в студии живописи способны помочь расслабиться, но формальным терапевтическим вмешательством они не являются.

Разницу видно и в данных. В метаанализе 2026 года, посвящённом депрессивным симптомам, занятия с терапевтической составляющей, когда человек обсуждает работу, сам процесс и чувства, проявившиеся в образе, дали заметно большее облегчение, чем рисование без такого разговора. Для занятий без него эффект статистически не отличался от нуля.

Как это работает: механизмы действия

Честный ответ такой: исследователи до сих пор не могут точно объяснить, как и почему творческие терапии дают эффект. Скопинговый обзор 2021 года проанализировал 67 исследований и описал 19 групп терапевтических факторов. Большинство из них общие для всех психотерапий, однако три оказались свойственны именно терапиям искусством.

Первый — телесность. Человек не только думает о переживании, но и действует руками, чувствует материал, нажим карандаша, сопротивление глины. Второй — конкретизация: внутреннее состояние обретает внешнюю форму, которую можно рассмотреть на расстоянии. Третий — символы и метафоры, позволяющие говорить о болезненном не напрямую, а через образ.

На практике эти механизмы выглядят вполне буднично. О болезненном событии нередко легче рассказать, когда перед глазами уже есть рисунок: человек говорит об образе, а не сразу о себе, и дистанцию можно сокращать постепенно. Сама работа руками возвращает ощущение, что от тебя что-то зависит, а не только что-то с тобой происходит. Детям, которым трудно подбирать слова, такой невербальный путь обычно даётся легче прямого разговора. Поэтому с ними часто работают через игровую и песочную терапию.

Этот механизм особенно важен для людей с алекситимией, то есть трудностями в распознавании и назывании чувств. Когда название для переживания не находится, его можно сначала передать цветом, формой или силой нажима, а слова подбирать позже, уже в разговоре с терапевтом.

Разновидности творческих терапий

Под «арт-терапией» в узком смысле понимают работу с визуальными материалами: красками, карандашами, глиной, коллажем. Более широкое семейство терапий искусством включает несколько самостоятельных направлений.

В музыкотерапии работают со звуком: пением, игрой на простых инструментах, импровизацией, совместным слушанием. Уметь играть или петь для этого так же не нужно, как не нужно уметь рисовать для арт-терапии.

В драматерапии используют ролевую игру, истории, импровизацию. Близка к ней психодрама — отдельный метод с собственной историей. Игра позволяет приблизиться к сложной ситуации с безопасного расстояния и попробовать в ней другой способ поведения.

Материалом танцевально-двигательной терапии становится само тело: поза, темп, дыхание, расстояние до другого человека. Здесь работают через движение и телесный опыт.

Из аналитической психологии выросла песочная терапия: человек строит сцены из фигурок в песочнице, а терапевт создаёт «свободное и защищённое пространство». Этот формат особенно часто используют в работе с детьми.

У каждого из этих направлений своя методика и отдельная доказательная база, поэтому выводы о рисовании или лепке не стоит механически переносить на музыку или танец. Дальше речь идёт в основном о визуальной арт-терапии.

Виды арт-терапии

В самой визуальной арт-терапии тоже есть несколько форм. Специалист подбирает их под запрос, возраст и состояние человека, а не по шаблону:

• изотерапия — рисунок, живопись, графика, работа с цветом и линией, то есть ядро визуальной арт-терапии. О различии между техникой для себя и работой со специалистом подробнее рассказано в материале об изотерапии.
• лепка из глины или пластилина — даёт почувствовать сопротивление материала и буквально менять форму руками.
• коллаж и работа с фотографиями — удобны тем, кто боится, что «не умеет рисовать»: образ складывают из готовых вырезок и снимков.
• мандала — рисование в круге, которое задаёт границы; её часто используют, чтобы собраться и успокоиться.
• нейрографика — авторская техника рисования линий по алгоритму; она может расслабить, но сама по себе терапией не является.
• сказкотерапия — соединяет историю с образом: человек сочиняет сказку, часто иллюстрирует её, а герой «берёт на себя» переживания.
• метафорические ассоциативные карты — готовые изображения, с которыми работают как с чужим рисунком, когда создать свой пока трудно.

Примеры упражнений

На сессиях часто предлагают простые задания, например:

• «рисунок состояния» — передать нынешнее настроение только цветами и линиями, без сюжета;
• каракуля — свободная линия, в которой потом ищут и дорисовывают образ;
• коллаж «я сейчас и я, каким хочу быть» — две половины листа из вырезок;
• «безопасное место» — образ места, где спокойно; его часто используют в начале работы с травмой;
• линия жизни — важные события, отмеченные на одной линии цветами и символами.

Само упражнение ещё не является терапией: важен разговор после него — об образе, о том, что далось легко или трудно, и о связи рисунка с жизнью.

Что говорят исследования

Самый известный независимый обзор подготовила британская программа оценки медицинских технологий в 2015 году. Авторы нашли 15 рандомизированных исследований с 777 участниками без психотических расстройств. В 10 из 15 исследований арт-терапия дала значимые положительные изменения по сравнению с контролем, в четырёх улучшение было в обеих группах, а в одном результат оказался лучше в контрольной. Качество большинства исследований авторы оценили как низкое.

По отдельным показателям картина разная: значимое преимущество перед контролем чаще всего фиксировали для тревоги (в 6 из 7 исследований, где её измеряли) и качества жизни (4 из 4), реже — для депрессии (4 из 9). Экономическое моделирование в том же обзоре показало, что арт-терапия выглядит оправданной по сравнению с ожиданием в очереди за помощью.

Крупный обзор 2024 года охватил 69 рандомизированных исследований примерно с 4200 участниками в возрасте от 4 до 96 лет. Чаще всего в них измеряли депрессию, тревогу, самооценку, социальную адаптацию и качество жизни. Улучшение зафиксировали в 18 процентах из 217 измеренных показателей, тогда как в контрольных группах — лишь в одном проценте. Общее качество исследований снова было низким, поэтому вывод осторожный: метод связан с пользой для части показателей.

Отдельный анализ той же группы авторов 2026 года касался депрессии. В 19 исследованиях с 997 участниками эффект был умеренным, и исследователи рекомендуют рассматривать арт-терапию как дополнение к основному лечению депрессии, а не как его замену.

Где доказательств мало или результат отрицательный

Любой честный разговор о методе обязан упомянуть исследование, которое пользы не нашло. Британское многоцентровое рандомизированное исследование 2012 года охватило 417 взрослых с шизофренией в 15 центрах. Год еженедельной групповой арт-терапии не улучшил ни общего функционирования, ни психического здоровья по сравнению с группами занятий без искусства и обычной помощью. Почти 40 процентов участников, которых направили на арт-терапию, не посетили ни одного занятия.

При этом британские клинические рекомендации по психозу и шизофрении по-прежнему предлагают рассмотреть терапии искусством, особенно для облегчения негативных симптомов, например эмоциональной уплощённости и отстранённости. Формулировка осторожная — «рассмотреть», а не «назначить», — и касается только этой группы состояний.

Общая слабость всей области — невысокое методологическое качество большинства работ, о котором прямо пишут авторы крупных обзоров. Поэтому для многих состояний говорить о доказанной пользе пока рано. Даже положительные выводы звучат сдержанно, а обещание гарантированного результата от любой творческой методики должно насторожить.

Кому подходит арт-терапия

Метод особенно подходит тем, кому говорить трудно. Британский обзор среди типичных адресатов называет людей, переживших травму или насилие, людей с расстройствами пищевого поведения, зависимостями, расстройствами аутистического спектра, деменцией, а также тех, кому трудно перевести страдание в слова.

Для детей творческая работа часто естественнее разговора. Британская ассоциация арт-терапевтов подчёркивает, что метод подходит людям любого возраста, а среди участников исследований, вошедших в крупный обзор 2024 года, были и дети. Ребёнку, который не может объяснить, что его беспокоит, часто проще это нарисовать или вылепить, а разговор выстраивается уже вокруг созданного образа. Если ребёнок замкнулся и не рассказывает, что с ним происходит, стоит начать с онлайн-консультации детского психолога.

Арт-терапия для взрослых

Для взрослых арт-терапия уместна как дополнение к разговорной психотерапии: когда в фокусе травматический опыт, противоречивые чувства, которые стыдно произнести, или состояние «не знаю, как это назвать». Часто образ сочетают с работой с метафорическими ассоциативными картами, которые тоже помогают говорить через метафору.

В основном взрослых касается и доказательная база: в 11 из 15 исследований британского обзора участвовали именно они, чаще всего люди с тяжёлыми физическими болезнями, в том числе онкологическими, а также с депрессией и люди пожилого возраста. Отдельной «арт-терапии для женщин» нет, хотя пять исследований проводили только среди женщин, преимущественно с онкологическими заболеваниями. Большинство испытаний изучали групповые занятия, и участники отдельно ценили отношения с другими членами группы.

Среди запросов взрослых — постоянное внутреннее напряжение, усталость и ощущение, что потеряли контакт с собой, утрата или противоречивые чувства к близким. Когда на первом плане тревога, с которой трудно справиться самостоятельно, стоит обратиться к психологу при тревожности — творческие техники могут быть частью такой работы.

Метод применяют и в пожилом возрасте: среди участников обзора 2024 года были люди до 96 лет, а британский обзор включал исследования с участием людей с деменцией.

Творческие методы в работе с травмой

Травматический опыт часто хранится не в виде связного рассказа, а как обрывки образов, ощущений и телесных реакций. Поэтому творческие методы здесь выглядят естественным выбором: они позволяют прикоснуться к пережитому, не требуя сразу последовательной истории. Британская ассоциация арт-терапевтов прямо упоминает работу с людьми после сложных и травматических событий, о которых трудно говорить.

В такой работе специалист не торопится. Сначала важно, чтобы человек почувствовал опору и безопасность на встречах, и только потом, в темпе, который он выдерживает, можно приближаться к самим воспоминаниям. Рисунок в любой момент можно отложить, перевернуть или накрыть листом — и эта возможность сама по себе возвращает ощущение контроля, которого после травматических событий часто не хватает.

Практический вывод простой: при травме творческая работа может стать удобным входом в терапию, особенно когда говорить о пережитом пока невозможно. Но она действует в рамках более широкого плана, который составляет специалист. Стоит знать и границы: в трёх исследованиях британского обзора, где измеряли именно симптомы травмы, арт-терапия не дала значимого преимущества перед контролем.

Если тяжёлое событие снова и снова возвращается в воспоминаниях и мешает жить, с таким запросом обращаются за психотерапией травмы и ПТСР.

Как проходит сессия

У встречи есть определённые рамки — длительность, частота, правила; в New Leaf сессия длится 50–60 минут. Сначала терапевт выясняет запрос, затем предлагает задание или свободную работу с материалом: карандашами, пастелью, красками, глиной, коллажем. Иногда в ход идут и природные материалы вроде веток или листьев — важен не материал, а то, что человек через него выражает. После создания образа наступает главная часть — разговор об опыте: что далось легче всего и что — труднее всего, что изменилось в состоянии, что хочется добавить или убрать.

Британский обзор 2015 года, помимо результатов исследований, обобщил и рассказы самих клиентов. Среди того, что они ценили, чаще всего звучали отношения с терапевтом, ощущение личного достижения и возможность хотя бы на время отвлечься от тяжёлого. При этом творческие задания нравятся не всем, и нежелание рисовать — тоже повод для разговора с терапевтом, а не препятствие, которое нужно преодолевать силой.

Созданные работы полезно хранить до конца курса: в финале их можно разложить рядом и увидеть, как менялось состояние. Если встречи проходят онлайн, стоит заранее подготовить место за столом, листы побольше и несколько видов материалов, а камеру поставить так, чтобы специалист видел и человека, и работу.

Терапевт не «расшифровывает» рисунок по справочнику символов. Значение образа рождается в диалоге, а не из таблицы. Занятия бывают индивидуальными и групповыми. Британские рекомендации для людей с психозом советуют именно группы, а для других запросов формат выбирают вместе со специалистом.

Может ли арт-терапия навредить

Метод считают мягким, однако назвать его абсолютно безопасным нельзя. В том же британском обзоре, где наряду с данными исследований рассматривали опыт клиентов и специалистов, описаны три возможных источника вреда: пробуждённые эмоции, которые не удалось переработать, недостаточная квалификация терапевта и внезапное прекращение терапии. Авторы также подчёркивают, что в рандомизированных исследованиях нежелательные явления попросту не фиксировали, так что отсутствие данных не означает отсутствия риска.

Отсюда следует практическое правило: творческое упражнение, поднявшее сильные чувства, требует продолжения в разговоре. Именно поэтому арт-терапию проводит специалист с психологическим образованием, а не преподаватель живописи.

Как выбрать специалиста

Ориентируйтесь на три вещи. Первая — базовое психологическое или психотерапевтическое образование. Вторая — отдельная подготовка по арт-терапии или творческим методам. Третья — готовность специалиста объяснить, как он работает, сколько продлится курс и что он будет делать, если на сессии поднимется что-то сложное.

После первых встреч прислушайтесь к себе. Понятно ли, зачем выполняется то или иное задание? Можно ли сказать терапевту, что упражнение не подходит или вызывает слишком сильные чувства, и получить другое? Если вас слышат и не подгоняют, это хороший знак, что формат выбран удачно.

Арт-диагностика: можно ли «прочитать» рисунок

Насторожить должны обещания «определить характер по рисунку», поставить диагноз по выбору цветов или решить глубокую проблему за одно занятие. Ни у одного из этих приёмов нет научного обоснования.

Рисуночные тесты вроде «нарисуй человека» до сих пор популярны, но их научная база слабая. Обзор проективных методик, который подготовили Скотт Лилиенфельд и коллеги в 2000 году, показал, что большинство показателей теста Роршаха не имеют эмпирической поддержки, а для рисунка человека доказательств валидности ещё меньше. Поэтому в арт-терапии рисунок — повод для разговора, а не тест: что означает образ, объясняет сам человек.

Когда арт-терапии недостаточно

При острых состояниях творческая работа не заменяет основной помощи. Если есть мысли о самоповреждении, выраженные симптомы психоза, тяжёлая депрессия, мешающая выполнять повседневные дела, нужна комплексная помощь. При необходимости мы можем направить вас к врачу-психиатру, с которым сотрудничаем, и помочь договориться о приёме. Арт-терапия в таких случаях может быть частью плана, но не его основой.

Если появляются мысли о самоубийстве или вы боитесь навредить себе, не ждите следующей сессии: звоните 103 или 112, на линию Ветеранского фонда 0 800 33 20 29, открытую для всех, не только для ветеранов, или в «Человек в беде» 0 800 210 160. Все номера собраны на странице кризисная помощь.

Хорошая новость в том, что метод легко сочетается с другими подходами. Он не требует таланта, не имеет возрастных ограничений и позволяет начать разговор там, где слова пока не находятся.

Источники

• British Association of Art Therapists. What is art therapy? baat.org
• Uttley L и др. Systematic review and economic modelling of the clinical effectiveness and cost-effectiveness of art therapy among people with non-psychotic mental health disorders. Health Technology Assessment, 2015; 19(18):1–120. DOI: 10.3310/hta19180 · PMID: 25739466 · Полный текст
• Joschko R и др. Art therapy for depression: a systematic review and meta-analysis. Frontiers in Psychiatry, 2026; 17:1789633. DOI: 10.3389/fpsyt.2026.1789633 · PMID: 42564408 · Полный текст
• Fancourt D, Finn S. What is the evidence on the role of the arts in improving health and well-being? A scoping review. Копенгаген: Европейское региональное бюро ВОЗ, 2019 (Health Evidence Network synthesis report 67). who.int
• NICE. Psychosis and schizophrenia in adults: prevention and management (CG178). Национальный институт здоровья и совершенствования помощи, Великобритания, 2014, обновлено в 2026.
• Joschko R и др. Active visual art therapy and health outcomes: a systematic review and meta-analysis. JAMA Network Open, 2024; 7(9):e2428709. DOI: 10.1001/jamanetworkopen.2024.28709 · PMID: 39264631 · PMCID: PMC11393726
• Crawford MJ и др. Group art therapy as an adjunctive treatment for people with schizophrenia: multicentre pragmatic randomised trial (MATISSE). BMJ, 2012; 344:e846. DOI: 10.1136/bmj.e846 · PMID: 22374932
• de Witte M и др. From therapeutic factors to mechanisms of change in the creative arts therapies: a scoping review. Frontiers in Psychology, 2021; 12:678397. DOI: 10.3389/fpsyg.2021.678397 · PMID: 34366998
• Lilienfeld SO, Wood JM, Garb HN. The scientific status of projective techniques. Psychological Science in the Public Interest, 2000; 1(2):27–66. DOI: 10.1111/1529-1006.002 · PMID: 26151980
• Kaimal G, Ray K, Muniz J. Reduction of cortisol levels and participants' responses following art making. Art Therapy, 2016; 33(2):74–80. DOI: 10.1080/07421656.2016.1166832 · PMID: 27695158