Детские истерики: почему возникают, как реагировать и когда обратиться к психологу

Двухлетний сын падает на пол в супермаркете, потому что ему не купили машинку. Трёхлетняя дочь кричит полчаса, потому что носки «не те». Четырёхлетний малыш бьёт маму, когда пора уходить с площадки. Родители в такие минуты чувствуют одновременно стыд, бессилие и страх: а вдруг это уже не норма?

Разбираемся, откуда берутся истерики, сколько их бывает в норме в разном возрасте, как вести себя во время вспышки и после неё, чего лучше не делать, когда за яростью прячется тревога и по каким признакам стоит обратиться к специалисту.

Что такое детская истерика и почему она случается

Сначала о словах. «Истерика» — это поведенческая вспышка, а не диагноз. Когда-то врачи использовали термин «истерия», но его давно убрали из классификаций, и к детским вспышкам он отношения не имеет — об истории этого слова мы писали в статье об истерии.

Исследователь Майкл Потегал и его коллеги, разложив по секундам сотни истерик детей от полутора до пяти лет, показали, что в каждой сочетаются два процесса. Гнев взлетает в самом начале и затем спадает, а плач и поиск утешения, наоборот, медленно нарастают. То есть к концу истерики ребёнок уже ищет утешения, и именно тогда взрослый может подойти.

Британская служба здравоохранения объясняет причину просто: малыш хочет сказать, что ему нужно, но ещё не может, и разочарование вырывается наружу. Как только ребёнок начинает больше говорить, истерик обычно становится меньше. Навык тормозить эмоцию в этом возрасте только формируется, и спокойный взрослый рядом помогает ребёнку им воспользоваться.

Сколько истерик — это норма: возраст, частота, длительность

Британская служба здравоохранения пишет, что истерики обычно начинаются около полутора лет, а к четырём годам их становится значительно меньше. Крупные исследования дают и цифры.

В американском опросе родителей почти полутора тысяч детей трёх–пяти лет хотя бы иногда истерики бывали почти у всех — у 83,7%, но ежедневно лишь у 8,6%. Нидерландское исследование показало, как норма меняется с возрастом: ежедневные истерики были у 10–12% детей одного-двух лет, но лишь у 2–5% детей трёх–пяти.

Теперь о длительности: в исследовании Потегала три четверти истерик длились пять минут или меньше. До четырёх лет большинство вспышек короче пяти минут, в четыре–пять лет они чаще всего длятся от шести до десяти, а дольше получаса не бывают почти ни в каком возрасте.

Так что единичные истерики в два–три года — это в основном возраст и тот самый кризис трёх лет, а не проблема характера.

Если же вспышки стали ежедневными, затяжными или всё более агрессивными, с этим запросом работает детский психолог при истериках и агрессии: сначала он разбирается, что именно запускает и поддерживает вспышки.

Что чаще всего запускает истерику

У большинства истерик есть понятный повод. Чаще всего это усталость, голод, болезнь, перевозбуждение после гостей или праздника, а также запрет или необходимость переключиться с приятного занятия на другое. В американском исследовании дошкольников истерика, когда ребёнок устал, голоден или болен, оказалась среди обычных, нетревожных признаков.

Отсюда вытекает самая простая профилактика. Следить, чтобы ребёнок не подходил к сложной ситуации голодным или невыспавшимся. Предупреждать о переходах заранее: «ещё пять минут качелей, и идём домой». Давать выбор там, где он возможен: синяя или красная чашка, сначала руки или сначала зубы.

Отдельный сигнал — истерики «на ровном месте», без видимой причины. Исследователи относят их уже к признакам, на которые стоит обратить внимание.

Истерика или срыв от перегрузки

Родители детей с сенсорными особенностями часто описывают вспышки другого типа. Такой срыв не имеет цели: ребёнок не пытается что-то получить, и срыв не прекращается, когда желаемое уже получено. Обычно он возникает после громкой, яркой, людной обстановки или слишком долгого дня.

Это не диагностический термин, и надёжных критериев, которые отличали бы одно от другого у конкретного ребёнка, нет. Но если вспышки регулярно запускаются звуками, тканями, толпой и не утихают ни от уступки, ни от отвлечения, стоит оценить сенсорные особенности и развитие. О том, как выглядят первые признаки расстройства аутистического спектра, мы писали отдельно.

Как вести себя во время истерики

Британская служба здравоохранения формулирует несколько практических правил, и все они о спокойствии и последовательности.

Что помогает во время вспышки:

• следить за безопасностью: убрать опасные предметы, придержать, если ребёнок может удариться;
• оставаться спокойными: крик в ответ не остановит истерику, а только продлит её;
• не уступать: если вы сказали «нет», не меняйте ответ ради тишины и не подкупайте сладким;
• называть чувства коротко: «я вижу, ты очень злишься, потому что хотел ещё поиграть»;
• на удары и укусы реагировать чётко: показать, что это больно и вы этого не позволите.

Американская академия педиатрии добавляет, что не обращать внимания на крик и топанье можно, если ребёнок в безопасности и получает много внимания, когда ведёт себя спокойно. Цель не в том, чтобы наказать игнорированием, а в том, чтобы не подкреплять саму вспышку.

Когда гнев спадает и ребёнок начинает плакать и тянуться к вам, наступает момент для объятий. Разговор о том, что случилось, лучше отложить на потом, когда малыш уже успокоится.

После истерики: разговор и профилактика

Когда ребёнок уже успокоился, стоит коротко поговорить простыми словами: что случилось, как называется то, что он чувствовал, и что можно сделать в следующий раз. Например: «ты очень разозлился, когда надо было уходить с площадки. Когда злишься, можно топнуть ногой или сжать подушку, а драться нельзя». Долгие нотации или требование извиниться сквозь слёзы здесь не помогают — важнее восстановить контакт.

Американская академия педиатрии советует уделять много внимания моментам, когда ребёнок справляется хорошо. Похвала за спокойно пережитое разочарование работает сильнее, чем любая реакция на саму вспышку, потому что показывает ребёнку, какое поведение приносит внимание.

Полезно неделю-две вести короткий дневник: когда случилась истерика, что ей предшествовало, сколько она длилась и чем закончилась. Часто уже через несколько дней видна закономерность — например, все вспышки приходятся на вечер после садика. Такие записи помогут и вам, и специалисту, если вы решите обратиться.

Чего не делать: шлёпать, кричать, стыдить

Самые убедительные данные касаются физического наказания. Метаанализ исследований, в которых в общей сложности участвовали более 160 тысяч детей, показал, что шлепки не повышали даже сиюминутного послушания, зато были связаны с большей агрессией, поведенческими и эмоциональными проблемами и худшими отношениями с родителями.

Американская академия педиатрии отдельно пишет и о словах. Крик, оскорбления, пристыживание неэффективны и вредны, а жёсткая вербальная дисциплина, даже у родителей, в целом тёплых и любящих, связана с худшим поведением детей и более частыми проблемами с психическим здоровьем.

Ещё одна ловушка — гасить истерику телефоном или мультиком. Это работает быстро, но каждый раз отнимает у ребёнка возможность научиться успокаиваться самому. Лучше, чтобы экран не становился главным способом справиться с сильными эмоциями.

Истерика в магазине, в садике, в гостях

Публичная истерика тяжелее всего для родителей из-за взглядов вокруг. Британские специалисты советуют следить за безопасностью, оставаться спокойными и не обращать внимания на окружающих, а в следующий раз сократить поход, взять перекус и дать ребёнку посильное поручение, например положить в корзину хлеб.

Истерики при воспитательнице или бабушке тоже случаются, и один такой эпизод ничего не значит: в том же американском исследовании более трети дошкольников за месяц устраивали истерику при чужом взрослом. Поводом присмотреться служат повторяющиеся вспышки вне дома, особенно если в садике у ребёнка бывает по нескольку истерик в день несколько дней подряд.

Когда за вспышками ярости прячется тревога

Эту связь часто упускают. В исследовании 107 детей семи–тринадцати лет с тревожными расстройствами у 55,1% были приступы ярости только за последнюю неделю. Чаще они случались у детей с сепарационной тревогой, дефицитом внимания и поведенческими расстройствами. Авторы объясняют механику так: вспышка нередко возникает тогда, когда ребёнка заставляют встретиться с тем, чего он боится, или мешают ему избежать страшного.

Самое интересное — что было после лечения. Когда детям помогали справиться с тревогой, приступы ярости становились реже даже без отдельной работы с гневом. То есть иногда, чтобы уменьшить вспышки, нужно работать не с поведением, а со страхом, который за ним стоит.

Если ребёнку уже восемь лет и больше, а вспышки ярости сочетаются с постоянными страхами, жалобами на живот перед школой или избеганием того, что пугает, он может сам пройти тест на тревожность у ребёнка по шкале SCAS. Тест не ставит диагноз, но показывает, тревожится ли ребёнок сильнее сверстников. Для малышей онлайн-тест не подходит — здесь стоит сразу посоветоваться с детским психологом.

Истерики в 5–7 лет и старше

К пяти годам большинство детей перерастают истерики, так что регулярные вспышки у школьника — уже другая картина. Нидерландские исследователи, наблюдавшие за детьми, заметили важную деталь: частые истерики впоследствии были связаны с поведенческими трудностями, а долгие — с тревожностью и грустью. А профиль, в котором сочетались агрессия и самоповреждение, предсказывал проблемы независимо от того, как часто случались и как долго длились вспышки.

Если вспышки у старшего ребёнка сочетаются с постоянным непослушанием, спорами и мстительностью, стоит прочитать об оппозиционно-вызывающем расстройстве — но ставить такой диагноз может только специалист после оценки, а не родители по списку признаков.

Дети, война и регуляция эмоций

Украинские дошкольники растут в постоянном стрессе, и это сказывается на их способности успокаиваться. В опросе 858 родителей через год после вторжения скрининг показал признаки дефицита внимания у 24,2% детей трёх–шести лет, поведенческих расстройств — у 20,5%, тревожных или аффективных — у 12,1%. Это не диагнозы, а сигналы того, что многим детям сейчас тяжелее.

Та же работа показала ещё одно: когда у родителей были признаки посттравматического стресса или депрессии, риск проблем у ребёнка заметно возрастал. Поэтому забота о взрослом — не эгоизм, а часть помощи ребёнку. Более спокойные родители легче выдерживают вспышки и быстрее возвращают ребёнку ощущение безопасности.

Когда обратиться к детскому психологу

Американские исследователи, сравнивавшие истерики здоровых дошкольников и детей с депрессией и поведенческими расстройствами, выделили пять признаков, которые должны насторожить. Авторы предупреждают, что это ориентиры для консультации, а не диагностические пороги, и что внезапные вспышки из-за голода, болезни или недосыпа тревожными не считаются.

Признаки, с которыми стоит обратиться:

• агрессия ко взрослым или разрушение вещей более чем в половине последних вспышек;
• намеренное самоповреждение во время истерики — даже если такое случилось один раз;
• дома истерики в десять–двадцать разных дней за месяц, а в садике или вне дома — больше пяти в день несколько дней подряд;
• вспышки в среднем длятся дольше двадцати пяти минут;
• ребёнок почти никогда не может успокоиться сам, без помощи взрослого.

Хорошая новость в том, что с этим успешно работают через родителей. Метаанализ двадцати шести метаанализов программ, в которых психолог обучает родителей, показал умеренный и стабильный эффект, который сохранялся и через некоторое время после их завершения. Ребёнку не обязательно «лечиться» самому — меняется взаимодействие в семье, и вспышки становятся реже.

В New Leaf мы работаем в методе Позитивной психотерапии: смотрим не только на вспышку, но и на всю семью — режим, усталость взрослых, то, что ребёнок уже умеет, и то, чего ему не хватает, чтобы справиться с гневом. Если специалист видит, что нужна оценка врача, мы можем направить к врачу, с которым сотрудничаем.

Источники

• Belden AC, Thomson NR, Luby JL. Temper tantrums in healthy versus depressed and disruptive preschoolers: defining tantrum behaviors associated with clinical problems. Journal of Pediatrics, 2008; 152(1):117–122. DOI: 10.1016/j.jpeds.2007.06.030 · PMID: 18154912 · Полный текст
• NHS. Temper tantrums. Национальная служба здравоохранения Великобритании. nhs.uk
• American Academy of Pediatrics. What's the best way to discipline my child? HealthyChildren.org. healthychildren.org
• Mingebach T, Kamp-Becker I, Christiansen H, Weber L. Meta-meta-analysis on the effectiveness of parent-based interventions for the treatment of child externalizing behavior problems. PLOS ONE, 2018; 13(9):e0202855. DOI: 10.1371/journal.pone.0202855 · PMID: 30256794 · Полный текст
• Wakschlag LS, Choi SW, Carter AS и др. Defining the developmental parameters of temper loss in early childhood: implications for developmental psychopathology. Journal of Child Psychology and Psychiatry, 2012; 53(11):1099–1108. DOI: 10.1111/j.1469-7610.2012.02595.x · PMID: 22928674
• Van den Akker AL, Hoffenaar P, Overbeek G. Temper tantrums in toddlers and preschoolers: longitudinal associations with adjustment problems. Journal of Developmental and Behavioral Pediatrics, 2022; 43(7):409–417. DOI: 10.1097/DBP.0000000000001071 · PMID: 35316228
• Potegal M, Kosorok MR, Davidson RJ. Temper tantrums in young children: 2. Tantrum duration and temporal organization. Journal of Developmental and Behavioral Pediatrics, 2003; 24(3):148–154. DOI: 10.1097/00004703-200306000-00003 · PMID: 12806226
• Johnco C, Salloum A, De Nadai AS и др. Incidence, clinical correlates and treatment effect of rage in anxious children. Psychiatry Research, 2015; 229(1–2):63–69. DOI: 10.1016/j.psychres.2015.07.071 · PMID: 26235476
• Gershoff ET, Grogan-Kaylor A. Spanking and child outcomes: old controversies and new meta-analyses. Journal of Family Psychology, 2016; 30(4):453–469. DOI: 10.1037/fam0000191 · PMID: 27055181
• Naeem A, Sikder I, Wang S и др. Parent-child mental health in Ukraine in relation to war trauma and drone attacks. Comprehensive Psychiatry, 2025; 139:152590. DOI: 10.1016/j.comppsych.2025.152590 · PMID: 40090214